Алексис как раз заканчивала распутывать последний узел, когда заметила, что капитан уже недалеко. Взгляд его не предвещал ничего хорошего, лицо стало красным от ярости. Она огляделась в поисках пути к спасению. Выход был один — вниз по канатам. Девушка решила, что ей стоит поторопиться и проскользнуть мимо Клода так, чтобы он не успел ее схватить. Уж если устраивать разборки, то один на один, а никак не в присутствии команды.

Схватившись за канат, Алексис скользнула вниз. Проскочив мимо капитана, она нащупала ступней веревочную лестницу и продолжила спуск уже как положено примерному моряку. Команда прекратила работу; каждый из моряков смотрел вверх, гадая, что же предпримет капитан. Все с нетерпением ожидали развязки. Похоже, в лице Алекс Денти капитан нашел себе достойного противника.

Клод был вне себя. Надо срочно что-то делать — в противном случае ему придется признать, что его одолела женщина, и не просто женщина, а юнга на его корабле. Зацепившись ступней за канат, Клод продел ногу в импровизированную петлю и, отпустив руки, откинулся назад всем корпусом. Команда, наблюдавшая с палубы за развитием событий, одобрительно загудела, разгадав замысел капитана. Алексис тем не менее не поняла его хода и замерла, взвизгнув от страха в тот момент, когда Клод, лишенный поддержки, готов был упасть вниз. Веревочная петля вокруг ступни — вот все, что удерживало его на весу.

— Капитан! — закричала Алексис и быстро полезла обратно. — Боже мой! С вами все в порядке?

Моряк, едва сдерживая смех, услаждал свой взгляд видом стройных ног девушки, которая к этому времени оказалась у него над головой. Посчитав, что он и так напугал ее достаточно, Клод потянулся к ней:

— Дайте мне руку, Алексис!

Девушка наклонилась и, схватив висящего над бездной Клода за руку, потянула его вверх. Когда он поднялся настолько, что смог ухватиться за очередную перекладину веревочной лестницы, Алексис подобралась поближе и, присев, стала освобождать его ступню. Но едва она вытащила ногу капитана из петли, как сильная рука перехватила ее поперек туловища.

— Что за… — Она не успела закончить, так как Клод бесцеремонно закинул ее к себе на плечо.

— Отпустите! — завизжала она, когда они начали спускаться. — Вы убьете нас обоих! Отпустите меня немедленно!

В ответ Алексис слышала только его смех и от этого злилась еще сильнее. Девушка принялась колотить капитана по спине и отчаянно лягаться. Похоже, она напрочь забыла о том, что таким образом их шансы свалиться на палубу с многометровой высоты возрастают многократно. Внизу она видела смеющиеся лица матросов, наслаждавшихся спектаклем. Капитан задержался на предпоследней ступеньке ровно настолько, чтобы приказать команде заняться делом.

Спустившись вниз и не упустив случая дать ей хороший шлепок, Клод потащил Алексис в каюту. Ногой распахнув дверь, он в два шага достиг кровати и сбросил ее на постель.

— Как вы смеете! — закричала она, задыхаясь. Алексис мужественно терпела боль в спине и никак не дала ему понять, что он причинил ей страдания. Поднявшись на колени, девушка попыталась слезть с кровати, но Клод не дал ей этого сделать. Схватив Алексис за плечи, он толкнул ее обратно.

— Я мог бы задать тот же вопрос!

Клод отпустил ее сразу же, как только она прекратила борьбу. Закрыв дверь, он присел на край кровати и заглянул в янтарные, пылающие гневом глаза. Алексис была так же разгневана, так же напряжена, как и он сам. Клод вдруг подумал, что видит в ней, как в зеркале, собственное отражение.

— Вы не имеете права обращаться со мной так, будто я вещь или тюк с песком! — зло бросила она ему в лицо.

— Я поступаю с вами так, как считаю нужным! Вы забыли, что на этом корабле командую я, а вы лишь обязаны следовать моим указаниям!

Голос капитана в этот момент был подобен раскату грома, а глаза сверкали, словно сполохи молнии. Ему было приятно, что девушка не отворачивается, не прячет глаз и не теряется перед ним. Она заслужила этот урок послушания.

— Так вот что ты имела в виду, когда попросила меня приравнять тебя к членам экипажа? Ты этого от меня хотела?

— Да, — прошептала она, — но вы ничего не говорили о том, что не позволяете мне залезать наверх. Единственное, в чем я виновата, это в том, что не сразу спустилась вниз…

— Ты не подчинилась приказу!

— Да, — призналась Алексис. — Я была не права. Что вы намерены предпринять?

Клад сделал вид, что не услышал вопроса. Уже гораздо мягче, с едва уловимым оттенком неудовольствия он произнес:

— Неужели ты не понимаешь, почему я разозлился? Ну зачем ты полезла туда?

— Я поправляла парус.

— И тебе это удалось?

— Да.

— Тебе не приходило в голову, что ты могла убиться?

— Если со мной и могло что-то случиться, то только из-за платья!