— Шпаги, — проговорила она, сжимая ладонью его ногу и одновременно целуя живот. — Как мне кажется, существует немало видов колющего оружия.

Она смотрела ему в глаза. То, что она увидела в них, утвердило ее в мысли о том, что ее действия находят самый живой отклик. Алексис усмехнулась.

— Я говорила тебе, что тема может быть весьма возбуждающей. Да, о чем я? О клинках. Все разные, наверное. Хотя мой опыт ограничен, я, как мне кажется, выбрала не худший, несмотря на отсутствие…

Клод не дал ей закончить мысль, прервав обсуждение достоинств клинков тем, что буквально швырнул ее спиной на пол и принялся целовать.

— В самом деле фехтование, — сказал он, прервав поцелуи лишь для того, чтобы набрать в легкие воздух. — Временами я начинаю сомневаться в твоей неопытности, Алекс.

Затем он взял ее. Веселье сменила страсть, захватившая их обоих. Алексис прижималась к нему изо всех сил, обуреваемая желанием чувствовать его всего. Когда он нес ее, слившуюся с ним воедино, по волнам наслаждения, накрывавшим их с невиданной дотоле силой, она, не замечая того, выкрикивала его имя. Если бы даже она хотела бороться с этим штормовым морем страсти, у нее не хватило бы сил.

Почувствовав, как тело его расслабилось и обмякло, она поцеловала его в знак того, что и она вместе с ним разделила радость растворения в этом море чистейшего наслаждения.

Когда все было кончено, Алексис подумала о том, что никогда не смогла бы его покинуть, если бы все мгновения, которые им предстояло быть вместе, стали похожи на только что пережитые. Но она знала, что никогда не допустит повторения.

Клод поднял ее с пола и отнес на кровать, а сам прилег рядом, укрыв их обоих простыней. Он молчал, потому что знал — если он снова попытается вернуть эти мгновения, Алексис станет бороться.

— Может быть, тебе все же удастся то, что ты хочешь, Алекс, — прошептал он, придавая ей силы.

— А тебе, быть может, все же удастся остановить меня, — сказала она, чтобы поддержать его.

Глядя на Алексис, Клод наслаждался воспоминаниями. Она щурилась от яркого солнца, осматривая горизонт. Решительная. Непреклонная. Не желающая скрывать своих устремлений, более того, открыто демонстрирующая их. Он знал, что когда наступит решающий момент, он должен будет дать ей понять это. Но он даже не представлял, как ему будет тяжело.

— Денти, — с неожиданной резкостью сказал Клод и чуть не расхохотался, когда она, встрепенувшись от звука его голоса, разжала руки и едва не свалилась за борт. Он взял ее за талию и, перенеся через перила, поставил на палубу. — У вас что, работы нет? Вы тут не на прогулке.

— Да, капитан, — серьезно ответила Алексис и вдруг широко улыбнулась.

Она пошла искать Лендиса, оставив Танкера одного на палубе рассуждать с самим собой по поводу отсутствия у некоторых понятия о субординации.

Смех умер. Некая толика шутливого подтрунивания была еще возможна не между Алексис и Клодом, а лишь между капитаном и его юнгой, делившими секрет подобно маленьким школьникам.

Перед тем как сообщить новость, Гарри с высоты своего насеста еще раз вгляделся вдаль и лишь потом, заметив на палубе Лендиса, крикнул:

— Эй! Мистер Лендис! У нас соседи! Милях в пяти-шести!

— Что за флаг? — прокричал в ответ Лендис. Гарри снова посмотрел вдаль.

— Государственный флаг Соединенного Королевства. Но корабль торговый. Вы не поверите, но он принадлежит Квинтонской компании, я вижу обозначения.

Лендис немедленно направился к капитану.

— Гарри сказал, что к нам направляется корабль Квинтонской компании. Вероятно, из Бостона.

Клод сглотнул подступивший к горлу комок.

— Ты уверен, Гарри? — крикнул он матросу.

— Да, сэр. Больше некому и быть!

В этом корабле было что-то странное, но Гарри не мог сказать, что именно, пока корабль не подошел ближе. Стоя у борта, Клод тоже смотрел на корабль вдали.

— Ты скажешь ей? — спросил Лендис. Алексис была сейчас у него в каюте — чистила пистолеты Майка. Корабль мог пройти мимо, а она так ничего бы и не узнала.

— Да, скажу, — произнес наконец Клод так тихо, что Лендис с трудом различил слова.

Капитан уже скрылся из виду, когда Лендис заметил, что Гарри стремительно спускается вниз.

— Мистер Лендис, еще один корабль, — взволнованно доложил он. — Следует за квинтонским, но держится на расстоянии. Я думаю, это Лафитт.

— Лафитт? — недоверчиво переспросил Лендис. — Но он никогда не забирал так далеко на север!

— С квинтонским кораблем тоже что-то не то. Он должен идти с грузом на борту, а летит как перышко, да и усадки никакой. Боюсь, его уже ограбили.