– Я бы не смог.

– Не смог бы? – Она недоверчиво уставилась на него.

– Нет, не смог бы.

Она едва не поверила, ибо его голос звучал очень искренне. И в то же время в глубине его глаз горели веселые искорки. Ну что прикажете с ним делать?

– Ну, по крайней мере я рада, что ты не винишь себя.

– Это почему же?

– Почему? Да потому, что ты не сделал мне ничего такого, чего бы я не хотела. Я сама виновата во всем.

– А я в том даже не участвовал? – поинтересовался он. – А мне казалось, что именно мне довелось стать ведущим…

– Да, конечно, ты участвовал. – Она проигнорировала лукавые нотки в его голосе. – Но это я позволила тебе стать ведущим.

Если бы она не казалась такой чертовски трогательной, если бы не стискивала что было сил руки, Кейн наверняка взорвался бы от хохота. Но он не мог не видеть, насколько чисты ее чувства, и потому ни за что не позволил бы себе смеяться.

– Ну хорошо, – уступил он. – Ты была, стало быть, главной ведущей. Так?

– Да, – ответила она. – Спасибо.

– Не стоит благодарностей, – заверил он. – Ну а теперь скажи, отчего тебе захотелось заниматься со мной любовью?

Она снова надолго замолкла, глядя в потолок. Кейн завороженно следил за тем, как на ее щечки наползает смущенный румянец. Его маленькая глупышка снова стесняется. А ведь всего несколько минут назад вела себя как настоящая дикарка. На плечах все еще саднили свежие следы ее ноготков. По натуре она была не менее страстной, чем он сам, однако для нее это было впервые, и Кейн не находил ничего удивительного в том, что теперь она растеряна и смущена происшедшим.

– Потому что я так хотела, – отвечала она. – Понимаешь, я всегда знала, что никогда не выйду замуж, и хотела, чтобы… Ох, вряд ли ты сможешь понять. В общем, держу пари, что ты забудешь меня очень скоро, когда я уйду.

Она нисколько не сомневалась, что он рассердится. А он всего лишь рассмеялся.

– Ты вел себя жестоко, – пожаловалась она, прежде чем опять возвести глаза к потолку. – Я действительно хочу, чтобы ты ушел.

– Джейд, это было невозможно.

– Не правда, – упрямо тряхнула она головой.

– Правда, – прошептал он, медленно стягивая с нее простыню. – Господи, как давно я тебя хотел. Знаешь что, любимая? – Он уже стянул простыню пониже и не сводил глаз с ее живота.

– Что? – невнятно выдохнула она.

– Я снова хочу тебя.

И не давая времени возразить, он наклонился и поцеловал ее. Джейд не сопротивлялась, пока его губы не стали слишком настойчивыми. Тогда она отпихнула его. Они перекатились набок, но Джейд упорно не отрывала глаз от его груди.

– Кейн? – Ее пальчики играли жесткими завитками волос, пока она набиралась храбрости для волновавшего ее вопроса.

– Что? – Кейн удивился ее смущению.

– Все получилось правильно?

– О да, все получилось совершенно правильно!

– И ты не разочаровался?

– Нет, я не разочаровался, – ответил он, до глубины души тронутый ее беззащитностью и изрядно помрачнев, из чего Джейд сделала вывод, что он сказал правду.

– Я тоже не разочаровалась.

– Я знаю. – На его лице опять заиграла эта самодовольная ухмылка.

– Но как ты это узнал?

– Я узнал это по тому, как ты отвечала на мои ласки, как ты сама ощутила наслаждение, как ты выкрикнула мое имя.

– Ох…

– Это было настолько потрясающе, правда, Джейд? – Его улыбка развеяла последние сомнения.

– Я и понятия не имела, что будет так… восхитительно.

– Ты пахнешь мной, – заметил он, целуя ее в макушку. – И я возбуждаюсь.

– Тогда я умоюсь.

– Я умою тебя сам, – предложил он, но Джейд выскользнула из его рук, соскочив с кровати.

– Ни за что. – Она, отвернувшись от Кейна, мигом накинула на себя ночную сорочку. Ослепительно улыбаясь, победно вскинула глаза, но улыбка мгновенно угасла при виде пятен крови на простынях.

– Ты поранил меня до крови! – укорила девушка.

– Любимая, это же впервые.

– Знаю, – не унималась она.

– Так должно быть.

– Ты это серьезно?.. – Она явно опешила от такого известия. Он молча кивнул.

– Но это точно бывает только в первый раз, Кейн? Впрочем, второго раза все равно не будет, – выпалила она, – просто я не…

Кейн не стал обращать внимания на ее намерение никогда больше не заниматься любовью, а вместо этого спросил:

– Джейд, разве тебе никто прежде не рассказывал про это?

– Ну… в общем, рассказывали. – Она чувствовала себя круглой дурой.