Когда последний из пришедших занял свое место, Бешеный Конь достал Трубку Мира, раскурил ее и пустил по кругу. Это была необычная трубка, и о ней я расскажу позднее. Присутствующие на совете бережно передавали ее по кругу, пока она не была выкурена. Бешеный Конь положил Трубку Мира в чехол, а Сидящий Бык сделал знак Луи Ришо.

— Мы приехали к свободным лакота, чтобы донести до них слово Великого Белого Отца, — заговорил тот. — Это слово должно быть услышано. Белый Отец шлет приглашение вождям посетить берега Белой Реки. Они должны вместе с индейцами из агентств побеседовать с избранными им людьми…

Ришо пробежал глазами по лицам вождей и продолжил:

— …Делегацию белых людей возглавляет сенатор Уильям Эллисон, от армии будет присутствовать генерал Терри…

— Хватит перечислений! — оборвал его Галл.

— О чем мы будем говорить с белыми? — спросил Сидящий Бык.

Все взгляды устремились на Жана Батиста Пурье, который прокашлялся, и поднял руку.

— Разговор пойдет о Черных Холмах, — сказал он быстро. — Белые собираются купить их у индейцев за большие деньги.

Таких новостей никто не ждал. Они были столь неожиданны, что в типи повисла глубокая тишина. Ее нарушил резкий голос Галла:

— Что?!.. Что ты сказал?..

Неистовый хункпапа, мне казалось, готов был растерзать метиса, но рука друга легла на его плечо и он, тяжело дыша, остался сидеть на месте.

— Ришо и Пурье тут ни при чем, — спокойно сказал Сидящий Бык. — Они только гонцы.

И здесь заговорили все сразу. Перебивая друг друга, индейцы хмурили брови, размахивали руками, сыпали проклятьями. Лишь Татанка Йотанка и Ташунка Витко, казалось, не испытывали никакого волнения. Оба хранили молчание, бросая иногда взгляды на разгоряченных соплеменников. Когда же шум начал стихать, Бешеный Конь, обменявшись репликами с Сидящим Быком, взял слово. Поначалу он говорил тихо, без всяких эмоций, но потом его голос набрал силу, в нем зазвучали жесткие, ледяные тона.

— Великий Белый Отец всегда твердит, что любит своих краснокожих детей, что готов помогать им, оберегать их и защищать. Так ли это на самом деле? Нет! Его слова остаются словами. Лакота устали слушать ложь. Где обещанное им продовольствие и боеприпасы на охоту? Кто жил в агентствах Красного Облака или Крапчатого Хвоста, тот знает, о чем я говорю. Чтобы не умереть от голода, краснокожие с луками и стрелами впустую покрывают огромные расстояния. А дичи нет. Ее давно распугали белые. Теперь Великий Белый Отец захотел купить Черные Холмы, в которых индеец и может еще прокормиться! Мало ему ранее отнятых у нас земель. Когда же бледнолицые скажут, что с них довольно?.. Ташунка Витко знает ответы. Его сердце полно печали. Он не поедет на переговоры. Он и его воины будут сражаться за Хи Сапа.

Большинство вождей поддержало Бешеного Коня, пообещав ему свою поддержку. Кое-кто советовал послать на переговоры наблюдателей.

— Что скажет Прыгающий Барсук? — спросил Галл.

Я в недоумении оглядел типи, ибо впервые услышал это имя.

— Кто это такой? — тихо осведомился я у Боевого Оперенья.

— Так в юности звали Сидящего Быка, — шепотом пояснил он. — У него было еще одно прозвище — Неторопливый. Его ровесники иногда прибегают к этим именам.

Татанка Йотанка курил свою каменную трубку, устремив взгляд в одну точку. Вожди смотрели на религиозного лидера, храня вежливое молчание. Он был для них великим провидцем, прорицателем, видящим вещие сны, указывающим лучшие дороги. Они ждали его веского слова.

— Луи Ришо, — промолвил он, поглядев на метиса. — Протяни мне свою руку.

Тот исполнил просьбу.

— Ладонью кверху, — поправил его Сидящий Бык.

Ришо пожал плечами и протянул правую руку ладонью кверху.

Сидящий Бык вынул изо рта потухшую трубку, выбил из нее золу и сунул ее в кожаный мешочек на ремне. Взяв щепотку земли из-под расстеленной на полу бизоньей шкуры, он протянул ее Луи Ришо. В следующую секунду пальцы хункпапа шевельнулись, и тонкая струйка земли потекла в ладонь метиса.

— Ты вернешься назад и скажешь бледнолицым, что Сидящий Бык не торгует своей землей. — Голос вождя был ровным и глубоким. — Если этой горсти земли для них будет мало, и они захотят больше, то Сидящий Бык встретит их с оружием в руках.

Таганка Йотанка сказал свое веское слово. И сделал он это убедительно и красиво. Я никогда не забывал его короткой, но великолепной речи.

После совета в жилище Сидящего Быка к берегам Белой Реки был отправлен отряд наблюдателей под командованием вождя Маленького Великана. Бешеный Конь, зная о необузданном нраве командира этого отряда, отрядил к нему в помощники меня и Вапу Хакиту.

— Маленький Великан — вспыльчивый человек, — объяснил лидер оглала. — Держитесь на переговорах рядом с ним, и не дайте ему потерять голову. Но если кто-либо и? вождей надумает поставить символ на говорящей бумаге, позвольте Маленькому Великану действовать.

— Он может пролить кровь наших братьев, — заметил Боевое Оперенье.

— Продажный брат хуже самого заклятого врага, — резко бросил Бешеный Конь. — Маленькому Великану это объяснять не надо.

Мы прибыли к Белой Реке днем 23 сентября. На прилегающей к ней прерий стояло бессчетное количество типи. а в стороне от них пасся огромный лошадиный табун. По моим подсчетам к месту переговоров приехало не менее двадцать тысяч краснокожих. Здесь были брюле и миннеконджу, оглала и хункпапа, сихасапы и сансарки, северные шайены и северные арапахи, все те индейцы, кто считал Хи Сапа родным домом.