Чувство вины не давало ему покоя. Лишь изредка давая отдохнуть лошадям, беглецы продолжали путь. Может быть, с божьей помощью им удастся добраться до побережья вовремя. Но Форбс знал, что силы Бет уже на исходе. Увы, они не могли толком передохнуть, а короткие остановки не позволяли Рори даже ненадолго обнять жену и успокоить ее. Собственное бессилие злило и угнетало его больше всего на свете.

Оставалось надеяться только на то, что француз немного подождет. Если этого не случится, Элизабет будет угрожать смертельная опасность: Рори знал, Камберленд не успокоится, пока не вернет Макдонеллов.

Алистер наблюдал, как на темной водной глади где-то совсем недалеко вспыхивали и гасли огоньки. Кузнец зажег масляную лампу, которую предусмотрительно взял из дома, и посветил в ответ. В тишине мужчина и мальчик наблюдали, как большая лодка плывет к берегу. Бросивший якорь в бухте французский корабль был неразличим во мраке ночи, лишь его паруса отливали неясным серым светом. Но и они растворились в темноте, когда плотные облака набежали и скрыли луну. Сейчас унылая шотландская погода была очень кстати.

Возможно, француз согласится подождать еще пару часов.

И, возможно, Камберленд еще не успел разослать весть о беглецах, а береговая охрана пока не послала во все стороны усиленные патрули.

Лодка уткнулась носом в песок, и трое из шестерых матросов спрыгнули в воду, подтаскивая лоснящуюся посудину к берегу.

Один из моряков направился к Алистеру. Другие стали поднимать беглецов на борт. Дугал, казалось, прирос к своему месту и стоял неподвижно.

— Мы ждем еще двоих, — сказал Алистер.

— Нет, нам надо спешить, — ответил француз.

— Передай капитану, что это Валет и еще одна женщина, — настаивал кузнец. — Скажи, если нужно, мы заплатим больше денег. — Армстронг сильно рисковал, не зная, есть ли деньги у Рори. Но черт побери! Врать во спасение не грех. Этому он хорошо научился у маркиза Бремора.

— Мы спешим, — не сдавался матрос.

— Спроси капитана, — потребовал Алистер.

— Мы должны отплыть немедленно, — не унимался собеседник.

— Мы оба останемся и подождем. — Кузнец обратился к Дугалу. — Надеюсь, капитан согласится подождать. Если нет, будем молиться.

— Хорошо, месье, я скажу капитану, — пожал плечами француз. — Один огонек — нет, два — да.

Мэри перебралась на нос лодки, явно собираясь снова спуститься на берег. Алистер взял на руки Черного Джека и направился к ней.

— Позаботься о нем для маркизы, — сказал он, передавая ей щенка.

— Я тоже останусь, — заявила Мэри.

— Нет, — спокойно сказал Алистер. — Пожалуйста, поезжай. Я не могу волноваться еще и из-за тебя. Если они не появятся в течение часа, мы поднимемся на борт, — солгал кузнец. Они с Рори затеяли все это, им вместе и заканчивать. Но Алистер должен был убедиться, что Мэри в безопасности. Он вынул из кармана тугой кошелек с золотыми монетами — все, что ему удалось накопить.

— Позаботься также и об этом. Для нас. — Кузнец наклонился к Мэри и крепко поцеловал ее. — Я люблю тебя, — тихо произнес он.

Отчаяние отразилось в глазах молодой женщины. Как она могла уплыть одна?

— Сделай это для меня, дорогая, — настаивал Армстронг.

Слезинка сверкнула в лунном свете и покатилась по щеке. Алистер никогда прежде не видел, чтобы Мэри плакала. И сейчас он робко смахнул слезинку, прикоснувшись своей шершавой ладонью к нежной коже любимой женщины.

— Ради нашего будущего, поезжай. Клянусь, мы догоним вас.

Отойдя в сторону, Алистер взмахнул рукой, давая матросам сигнал к отплытию. Лодка зашуршала о прибрежный песок и стала медленно удаляться, растворяясь в ночи.

Дугал стоял поодаль. Конечно, можно было просто сгрести его в охапку и швырнуть в лодку, но кузнец знал, что мальчишка обязательно бы спрыгнул обратно на берег. Что ж, они будут ждать вместе.

Через пару минут с корабля подали сигнал. Две вспышки света означали, что капитан согласился повременить, хотя бы чуть-чуть.

В тишине мужчина и мальчик опустились на песок и принялись молиться.

Лошади — самые ужасные существа на свете, она никогда больше не сядет ни на одну из них. Элизабет уже почти теряла сознание от боли и усталости, когда наконец-то послышался плеск набегающих на песок волн. Сквозь ночной мрак проступали очертания морского побережья. С того момента, как беглецы миновали последний английский патруль, прошли целые сутки. Сутки в седле без сна и отдыха.

Казалось, в теле Бет не осталось ни одной мышцы и косточки, которая бы не болела. Несколько раз она думала, что не сможет встать после очередного привала.