Рори всегда был рядом и помогал ей вновь сесть на лошадь и ехать дальше. А сколько сил требовалось, чтобы не заснуть и не выпасть из седла. Можно было щипать себя или умываться ледяной водой из фляги, однако под конец и это перестало помогать. Но когда Элизабет на закате случайно взглянула на своего мужа и увидела его решительно сжатые челюсти и горящие упорством ввалившиеся глаза, она поняла, что будет держаться изо всех сил.

Увы, не только безумная усталость мучила молодую женщину, сильнее всего ее терзало отчаяние, охватившее Рори. Он вновь стал грубым и раздражительным. Бет больше не слышала от него добрых слов, он больше не пытался подбодрить или успокоить ее. Это снова был чужой, незнакомый ей человек со своей болью и отчаянием, к которым он не хотел допускать ее, свою жену.

Когда Элизабет поняла, что уже не в состоянии сделать больше ни единого шага и что она сейчас просто свалится с лошади и останется лежать, так как ей уже все равно, что с ней будет, она услышала голос мужа:

— Мы добрались. — Но в его тоне не было радости, лишь горечь отчаяния. Она поняла, что они приехали слишком поздно.

— Рори?!

Но он все равно из последних сил скакал на звук прибоя. Сквозь покрытые низким кустарником песчаные дюны Бет разглядела большой камень, торчавший прямо из песка. Запах моря и звук волн, набегавших на песок и разбивавшихся о берег, доносился и сюда, за холмы, но самого моря еще не было видно.

Бет поскакала вслед за мужем, который придержал коня, взобравшись на песчаные холмы, тянувшиеся вдоль берега. Рори пронзительно засвистел и стал ждать.

Громкий свист тут же прозвучал в ответ.

Через мгновение где-то внизу вспыхнул и замигал дрожащий огонек. Похоже, с берега сообщали на корабль об их прибытии. Их дождались! Всматриваясь в темноту, где сливались море и небо, Элизабет разглядела трепетавшие на ветру паруса. Радость сменила отчаяние, придав им новые силы. Рори спрыгнул с коня, помог спуститься жене и быстро расседлал лошадей. Потом он снял привязанные к седлам холщовые сумки и перекинул их через плечо. Свободной рукой он обнял Бет, и они начали спускаться с холмов вниз к берегу.

Идти по влажному песку оказалось непросто, Бет еле передвигала ноги. И тогда Рори наклонился, подхватил ее на руки и почти побежал вперед к двум темным мужским силуэтам.

Алистер! Дугал!

Рори опустил на землю Элизабет, и она бросилась к брату, крепко обнимая его, целуя и плача. Когда наконец Дугал смог вырваться из объятий, Бет повернулась к мужу. Форбс развязывал мешок, который они принесли с собой.

— Возьми брата, и отправляйтесь к берегу, — сказал Рори, снимая свой перстень с гербом маркиза Бремора.

Но она никуда не пойдет без него, и нечего приказывать, что ей делать! Оставшись рядом с мужчинами, Бет с удивлением наблюдала за тем, как Алистер развернул покрывало, из которого выкатилось мертвое тело. Мертвеца быстро облачили в костюм маркиза, который он часто носил в замке. Рори также надел на его палец свое кольцо с печаткой.

Сюда, до песчаных холмов, должен был скоро добраться ночной прилив.

— Кто это? — тихо спросила Бет.

— Шпион, — резко ответил Алистер. — Пошли, лодка уже близко.

— Господи! — воскликнул Форбс. — Я слышу всадников.

Через мгновение их услышали и остальные.

Но так же отчетливо слышался и плеск весел. Никто из четверки не стал дожидаться на берегу. Рори вновь поднял Элизабет на руки и вошел в ледяную воду. Он перекинул жену через борт. Алистер и Дугал забрались в лодку следом. Последним запрыгнул Рори.

Всадники береговой охраны появились, когда беглецы были на пути к кораблю. Но английские мушкеты стреляли очень далеко и метко. Одна из пуль даже пробила борт лодки, и матросам пришлось грести изо всех сил. К счастью, корабль был уже совсем близко.

Минуту спустя трап был спущен, и чьи-то сильные руки подхватили Бет и поставили на палубу. Французский корабль на всех парусах уходил в открытое море.

Бет пришла в себя в каюте и сразу же увидела Мэри. Рори оставил свою жену в тот самый момент, когда они очутились на корабле. Он заговорил с капитаном, а какой-то моряк отвел насквозь продрогшую женщину в каюту, похоже, принадлежавшую самому капитану.

Мэри уже была здесь.

— Как я волновалась за всех вас! — воскликнула она, обнимая Элизабет.

— В первую очередь за Алистера, — предположила Бет.

— И за милорда тоже, — призналась Мэри, опустив глаза.

Элизабет помнила, как Рори сказал ей, что Мэри лишь помогала ему, и ничего больше. Теперь можно было убедиться в этом или, наоборот, узнать, что он лгал.

— Но не так, как вы думаете, миледи, — попыталась успокоить ее молодая женщина, заметив тень сомнения на лице Бет. — Маркиз когда-нибудь говорил вам обо мне?

— Нет, — ответила она, стараясь держаться прямо. Она смертельно устала, но все-таки решила выяснить, что же на самом деле связывало ее мужа с этой женщиной.