Девушка загляделась на трогательную сцену, продолжая перебирать темные пряди своими тонкими пальцами, которые медлили отпускать причудливые завитки, сооруженные ее нежными руками.

— Испортишь камзол, — сказала Бет и сама не узнала своего голоса.

— Он совсем продрог.

— Но и ты тоже.

— Я-то скоро согреюсь, а он еще долго не придет в себя.

Элизабет вновь уставилась на темные кудри, закрывавшие лицо Рори, на его склоненную голову. Слава богу, он не смотрел на нее сейчас, не видел выражения ее глаз, не знал того, что скрывалось за этим взглядом. Юная маркиза вовсе не хотела выставлять напоказ захлестнувшие ее такие противоречивые чувства — страх, растерянность и горячую благодарность.

И кое-что еще, темно-синей волной промелькнувшее в голубых глубинах ее глаз.

— Лучше нам поскорее отправиться в обратный путь, — предложила Бет.

— Не пообедав? — с напускным ужасом воскликнул Форбс.

— Найти бы место потеплее. Нет ли здесь чего-нибудь рядом?

— Нет, нигде. Лишь в Бреморе, но, честно говоря, у меня нет особого желания возвращаться туда. Вода оказалась холодной, но ведь лето еще не кончилось. Вот увидишь, солнце скоро высушит одежду.

— Спасибо тебе за Джека, — прошептала Элизабет.

— Возможно, это научит его быть более внимательным и не соваться в воду. — Рори нежно погладил незадачливого пловца. — Дорогая, ты так выдерешь мне все волосы, — вдруг заявил он.

Только теперь маркиза заметила, что все сильнее теребит и перебирает волосы мужа. Смутившись, девушка отшвырнула вконец промокший кусок ткани. Забрав щенка из рук маркиза, Бет принялась укачивать его в своих ладонях, прижимая к груди. Малыш все еще дрожал и жалобно поскуливал, но его любопытные черные глаза уже внимательно глядели вокруг.

— Ах ты, маленький плутишка, — пожурила его Элизабет, с ужасом думая о том, как близко он был к тому, чтобы утонуть.

Ведь его хозяйка не умела плавать. Ни за что ей не удалось бы спасти его одной.

Удерживая щенка одной рукой, другой Бет слегка коснулась лица Рори, проведя пальцами по его щеке. Господи, как же она могла поверить, что этот человек за деньги сможет отдать своего ребенка в руки негодяю? Но почему маркиз не предложил ей свою помощь вчера, во время их разговора?

Молодой человек не смотрел на жену. Надев башмаки, предусмотрительно оставленные им на берегу, Форбс поднялся и принялся подпрыгивать и размахивать руками на солнечной полянке, чтобы быстрее согреться. Элизабет с умилением наблюдала за ним. Рори сейчас чем-то напоминал петуха, приготовившегося немножко погонять кур.

Бет захихикала, и ее муж наконец-то взглянул на нее.

— Неужели я так глупо выгляжу? — улыбаясь, поинтересовался он.

— Нет. Мне ты кажешься настоящим героем.

— Странные, однако, у тебя представления о героях.

— Очень даже не странные, — возмутилась девушка. — Джек со мной согласен!

— А, — неопределенно буркнул Рори, продолжая скакать на одной ноге.

Элизабет все смотрела на него, стараясь запомнить своего мужа именно таким. Коварный демон у нее в голове уже нашептывал ей, что сероглазая Мэри, наверное, часто видела этого мужчину без его дурацкого парика, в кожаных бриджах, обтягивающих стройные ноги. Вот таким: веселым и свободным. Острая боль ревности кольнула ее в самое сердце.

Молодая женщина отвернулась и посмотрела на водную гладь озера. Черный Джек принялся лизать ее руки, стараясь достать до щеки. Как будто малыш понимал, что его хозяйка нуждается в заботе и ласке даже больше, чем он. Элизабет не глядела на Рори, но всем своим существом ощущала его присутствие. Каждый раз, видя его, она попадала во власть неизвестных прежде страстей, чувств, желаний.

И пусть он был шотландцем, который сражался на стороне англичан, пусть по приказу Камберленда он женился на совершенно незнакомой и нежеланной женщине. Пусть он содержал любовницу. Чувства были сильнее голоса разума. Боже, за что ей все это!

А что, если бы маркиз и вправду полюбил ее? Но она не должна об этом думать. Не должна мечтать о несбыточном. И все же ей будет не хватать Рори. Она будет скучать по его ярким причудливым нарядам. По его тонкой иронии, по его неожиданно точным, глубоким суждениям. Как ни пытался маркиз скрыть свой проницательный ум, ехидно подшучивая или остро отзываясь о ком-то, Бет давно разгадала его хитрость. А порядочность? Ее он тоже старался спрятать от посторонних глаз, да так умело, что, казалось, лишь его жена смогла открыть в нем все эти благородные качества.

Элизабет вновь посмотрела на Рори. Маркиз продолжал отчаянно прыгать и размахивать руками. С бриджей капало, а налипшие на камзол водоросли вконец испортили дорогой костюм. Но и в этом наряде Форбс был неотразим. Как ни странно, именно простая одежда придавала Рори неуловимый шарм, обаяние, элегантность. Однако прежде к этим качествам всегда примешивалось еще одно, менее приятное. Нарочитая надменность. Сейчас же, перепачкавшись с головы до ног, Рори выглядел невероятно привлекательным и очень милым.