Пока слуги заполняли ванну горячей водой, Бэррет обходил вместе с Мориа дом, показывая расположение комнат. Когда они закончили обход и оказались в предназначенной для Мориа комнате, Бэррет улыбнулся и сказал:

– Чувствуй себя как дома. – Повернувшись, он направился к двери.

Скользнув взглядом по стене, Бэррет заметил, что на полке нет полотенца. Он рассеянно захлопнул открытую дверь, но затем направился обратно – к двери в соседнюю комнату, чтобы принести вещи, которые могли бы понадобиться Мориа после ванны. Услышав стук двери, Мориа решила, что осталась одна. Ей захотелось немедленно сбросить с себя грязную рубашку. Когда Бэррет двинулся из комнаты брата обратно с полотенцем в руке, она уже начала расстегивать брюки. Бэррет словно прирос к полу, разинув в изумлении рот.

Толстый ковер помешал Мориа услышать, что кто-то вошел в комнату. Она сбросила с себя рубашку, и Бэррет застыл, неподвижный, словно статуя. Его глаза восхищенно скользнули по округлостям ее загорелых грудей, тонкой талии и изящной линии бедер. Черт подери, почему самое лучшее всегда достается его брату? Тело Мориа было воплощением совершенства, оно словно принадлежало сошедшей с небес богине. В голове Бэррета мелькнула мысль, что ему не следует пялиться на полуобнаженную женщину подобно любопытному подростку, но он был просто не в состоянии оторвать взгляд от Мориа. Продолжая пожирать глазами восхитительное видение, Бэррет повесил полотенце на место.

В этот момент Джессика неслась по коридору, горя нетерпением поделиться своими горестями с Бэрретом. Разыскивая брата, она заглянула в одну из комнат и увидела, что он стоит неподвижно, впившись глазами в их полуодетую гостью. Эта сцена так поразила Джессику, что она на миг замерла от изумления.

Но только на миг. Зло сжав губы, Джессика стремительно повернула обратно. Бэррету жаловаться бесполезно. Эта чертовка и его поддела на крючок!

Чувствуя, что ее буквально разрывает от злости, Джессика направилась в свою комнату, чтобы выбрать для ведьмы, забравшейся в их дом и отнявшей ее братьев, самое страшное платье.

Услышав звук шагов и догадавшись, что его застигли глядящим на полуобнаженную Мориа, Бэррет поспешил тихо ретироваться через дверь в спальню Девлина. Он мысленно обругал себя за свое поведение, но тут же возразил сам себе: какой нормальный мужчина смог бы добровольно оторваться от столь удивительного зрелища? И Бэррет, поразмыслив, решил, что ему не в чем упрекать себя.

Стук в дверь, раздавшийся ровно в восемь утра, заставил Девлина сорваться с кровати Мориа и стремительно броситься в свою комнату. Сонно подняв голову, Мориа на ощупь попыталась определить месторасположение рубашки Девлина, которая временно выполняла функции ее ночной сорочки. Она еще одевалась, когда в ее комнате появился нежданный визитер.

– Простите за непрошеное вторжение. Надеюсь, вы не будете возражать, – отрывисто бросила Джессика, толкая впереди себя тележку с завтраком. На том, чтобы она доставила наверх завтрак, настоял Бэррет.

Мориа более чем возражала по поводу столь раннего визита, однако она не стала говорить этого вслух и постаралась изобразить любезную улыбку.

В ее голове вспыхнуло воспоминание о прошедшей ночи, посредине которой она была разбужена поцелуями и нежным прикосновением рук Девлина. Всю ночь, почти до утра, она провела в его объятиях, пока перед самым рассветом не забылась сном...

Позвякивание тарелок и аромат жареного мяса подсказали Мориа, что Джессика доставила ей завтрак.

– Это так мило с вашей стороны – принести все сюда, – пробормотала Мориа, поспешно проверяя, правильно ли застегнуты пуговицы ее рубашки. – Но в этом не было совершенно никакой необходимости. Я могла бы спуститься в столовую.

Джессика внимательно оглядела смятую постель.

– Надеюсь, вы хорошо спали? – язвительным тоном спросила она.

– Как грудной младенец, – ответила Мориа и вздохнула. – Я давно не спала в кровати.

«Ты давно не спала в кровати одна, милочка», – гневно подумала Джессика, не отрывая взгляда от подушки, на которой были ясно различимы две вмятины. Судя по всему, ночью эта приблудная потаскушка пыталась еще больше расположить к себе Девлина. Черт бы ее побрал!

Джессика с силой стиснула края подноса, жалея, что это не горло их гостьи. Затем почти швырнула поднос Мориа на колени.

– Бэррет решил, что вам, может быть, захочется утром позавтракать в постели.

Мориа заметила прозвучавшую в голосе Джессики злость и удивленно подняла брови. Та же злость проскальзывала в ее репликах и вчера за ужином. По-видимому, Джессика не очень рада появлению незнакомой женщины в своем доме.

– Это очень любезно со стороны Бэррета. Мне кажется, он истинный джентльмен.

При этом замечании Джессика стиснула зубы. В том обществе, в котором отирается эта потаскушка, джентльменов нет вообще. Именно поэтому, как только ей встретился такой человек, как Грэнджер-старший, она поспешила запустить в него свои острые коготки. И совсем не случайно она позволила пялиться на себя Грэнджеру-младшему, когда раздевалась, чтобы принять ванну. Нет сомнения, что эта ведьма стремится завлечь в свои сети и его.