Джефри откинулся на спинку стула и соединил вместе кончики пальцев.

— Меня не так-то легко потрясти чем бы то ни было. К тому же меня не удивило это убийство.

— Почему вас это не удивило? — спросил Сократ, и на его тонких губах заиграла улыбка.

— Гм… Мендель, конечно, едва ли принадлежал к категории джентльменов. С Молли, например, он обращался просто возмутительно, но это не относится к делу. Как у бывшего служащего уголовной полиции, у него вероятно было достаточное количество врагов, так как он был жесток и безжалостен. Ему и его другу Штейну любое средство для достижения цели казалось хорошим, лишь бы уличить и осудить какого-нибудь беднягу.

— А вы, оказывается, многое знаете о мистере Менделе, мистер Джефри.

Старый господин пожал плечами.

— Я наслышан о подобных вещах. Он ведь в свое время пользовался большой славой, так же, как вы, мистер Смит.

— Не причинял он вам лично какие-нибудь неприятности когда-либо? — спросил Сократ, продолжая чуть-чуть улыбаться.

— Как он мог это сделать? Он только недавно появился на моем горизонте, так как я долгое время провел за границей.

Несмотря на внешнее безразличие, мозг Сократа работал с лихорадочной быстротой. Он не спеша сунул руку в карман и вытащил оттуда записную книжку.

— С вашего разрешения, я должен сделать несколько заметок. Хотя официально я больше не работаю в Скотленд-Ярде, присутствие здесь обязывает меня заняться этим делом.

— В каком месте он был застрелен? — прервал его объяснения Джефри.

— А откуда вы знаете, что он был застрелен? — стремительно задал встречный вопрос Смит, и на мгновение его противник, как ему показалось, смутился.

— Это звучит так, как будто я что-то знаю о совершенном преступлении. Но вот почему сделал такое предположение. Когда я сидел в кабинете ночью за корректурой статьи для журнала, то услышал звук, который мне показался выстрелом, раздавшимся здесь, в долине, хотя она вряд ли заслуживает такого названия. Вероятно, она называется так благодаря ручью, который в период дождей превращается в речку.

— Был единственный выстрел, который вы услышали?

— Только один, — ответил Джефри, — и я подумал, что это какой-нибудь браконьер. Пока вы мне не сказали об убийстве Менделя, я не придавал этому выстрелу большого значения.

— Гм… — Взор Сократа скользнул по чайному столику, на котором стоял чайный сервиз и блюдо с одним ломтиком поджаренного хлебца.

Сократ написал три слова в лежащей у него на коленях записной книжке.

— Знаете ли вы этого человека? — спросил он и протянул свою книжку владельцу дома. Джефри нахмурил лоб, покачал головой и отдал книжку обратно.

— Нет. Откуда вы это взяли?

— Да так, вдруг пришло в голову, — ответил Сократ и встал. — Итак, вы совершенно уверены, что этой ночью не видели мисс Темальтон?

— Совершенно уверен. В последний раз…

Он не успел закончить фразу. Сократ Смит быстро нагнулся к большой картонной коробке, стоявшей под письменным столом, и что-то оттуда вытащил.

— Объясните мне, пожалуйста, каким образом это попало в коробку?

В дамской туфле, которую высоко над собой поднял брат, остолбеневший Лексингтон узнал парную той, которую они нашли в грязи на болоте.

Окаменевшее лицо Джефри вздрогнуло.

— Туфля принадлежит мисс Темальтон, потому что по дороге сюда она потеряла пару к ней в болоте и не могла найти. Для возвращения домой я дал ей туфли моей экономки. Эта же валялась здесь несколько дней, пока вчера я, наконец, не выбросил ее в коробку, так как считал, что вторая вряд ли найдется.

Лексингтон облегченно вздохнул. Рассказ звучал весьма правдоподобно, вырисовывая дополнительные детали.

— Мисс Темальтон на следующий день вернула одолженные туфли, так что экономке ничего не пришлось объяснять.

— Понимаю, — сказал Сократ. — Если бы я спросил об этом вашу экономку, она ничего не могла бы ответить, так как ничего не знает об этом случае. Умно придумано… Всего хорошего, мистер Джефри.

Старый человек ничего не ответил. Безмолвный, настороженный, он, выпрямившись, стоял за своим письменным столом и не сделал ни одного шага, чтобы проводить посетителей до двери.

— Ну, что ты думаешь обо всем этом, Сок? — спросил Лексингтон, когда они шли обратно.

— Я думаю, что Джефри хладнокровный лжец, — прозвучал веселый ответ.

— А что за имя ты написал в своей записной книжке?

Сократ захихикал.

— Держу пари на два пенни, что ты его ни за что не отгадаешь.

— Вот еще, — удивился Лексингтон, когда Сократ протянул ему книжку. — Так зовут американскую кинозвезду. Что у нее может быть общего с нашим делом?

— Ничего. Однако заметил ли ты, мой дорогой, что Джефри ест тосты?

— А какая связь между поджаренными хлебцами и Мари Минтер?

— Лекс, у человека, который ел поджаренные хлебцы, как бы он часто и тщательно ни вытирал руки, кончики пальцев всегда остаются покрытыми тонким слоем жира. Посмотри сюда, и ты заметишь в углу отпечаток большого пальца. Теперь поверни книжку так, чтобы солнце падало под углом на этот отпечаток.