— Что вам угодно, господа? — спросил Хельмос, заставляя себя быть терпеливым.

— Я же предлагал убить твоего брата, когда он был еще сопливым мальчишкой, — напомнил Капитан. — Знамения тогда были на редкость дурными. Зря твой отец меня не послушал.

Хельмос ничего не ответил на эти слова. Он слишком устал, чтобы пускаться в объяснения, слишком устал, чтобы говорить любезности, которых оркам все равно не понять. Теперь, когда Хельмос стал королем, у него появилось множество других забот и обязанностей. Он намеревался уйти молча, однако орки загородили ему дорогу.

— Господа, позвольте мне пройти, — потребовал начавший злиться Хельмос.

— Сегодня знамения были исключительно благоприятными для орков, — сообщил ему Капитан.

Хельмос внимательно поглядел на орка.

— Означает ли это, что вы не станете мне помогать в борьбе против принца Дагнаруса?

Капитан взглянул на ведунью. Та лишь пожала своими широченными плечами.

— Посмотрим, каковы будут дальнейшие знамения, — сказал Капитан. — А пока что — нет, не станем. Мы возвращаемся домой.

— Это ваше право, — сказал им Хельмос.

Он спустился с подиума и направился во дворец.

Владыка Пустоты встретился с врикилем за городскими воротами. Не получив иных приказов, стража беспрепятственно выпустила Дагнаруса из города.

Шакур не стал спрашивать объяснений, как будто знал о случившемся. Дагнарус еще раньше заметил, что у него с врикилем существует какая-то странная мысленная связь. Нередко Шакур отвечал на вопрос прежде, чем принц успевал спросить, или давал понять, что понимает ход рассуждений Дагнаруса. Дагнарус, в свою очередь, тоже знал, о чем думает Шакур. Принц решил, что ценою некоторых усилий он сможет управлять мыслями созданного им существа.

— Что сказал королевский министр? — спросил Дагнарус.

Едва встретившись, принц и врикиль тут же отъехали подальше от городских ворот и остановились, чтобы переговорить.

— Ваше высочество, король Дункарги поддерживает ваши замыслы. Он готов предоставить вам десятитысячную армию.

— Отлично. Впрочем, — задумчиво добавил Дагнарус, — когда мой дядя услышит лживые небылицы обо мне, он может передумать и не захотеть поддерживать меня. Они уже назвали меня «демоном». Можешь не сомневаться, мой дорогой братец Хельмос сделает что угодно, только бы вбить эту мысль в как можно большее число голов.

— Как я понял из разговора с министром — а он надежный человек, — ваш дядя не поверит Хельмосу, даже если тот скажет, что на небе светит солнце. Рейнард честолюбив и в своем честолюбии видит только то, что хочет видеть.

— Ну и пусть остается со своим честолюбием. А я вернусь в Виннингэль, — сказал Дагнарус.

Подняв голову, он взглянул на королевских солдат, продолжавших изумленно взирать на него.

— Передайте королю, что я вернусь и приведу с собой целую армию! — крикнул им принц.

— Поспешим прочь отсюда, любимый! — уговаривала его Вэлура. — Мы уже потеряли немало времени!

Дагнарус ухмыльнулся.

— Хельмос не погонится за нами. Духу не хватит.

— Зато у моего мужа хватит, — тихо сказала Вэлура. — Я обрекла его на позор и бесчестье. Он не успокоится, пока не схватит нас и не отомстит за поругание.

— Это правда, ваше высочество, — подтвердил Сильвит.

Эльф указал в направлении ворот.

— Смотрите! Смотрите туда!

Стража закрывала за ними ворота. Но по улице к воротам стремительно неслось огромное облако пыли. Дагнарус слышал грохот копыт, чувствовал, как дрожит земля... В погоню за ними пустилось не менее сотни эльфов, весьма искусных в обращении с луками и стрелами.

Дагнарусу претила мысль о бегстве от врагов. Будь он один, он, скорее всего, предпочел бы остаться и принять бой. Принц ощущал в себе столько сил, что мог бы вступить в единоборство с самими богами. Но с ним была Вэлура. Она являлась главной целью гнева Мабретона. Дагнарус понимал, что не сможет одновременно сражаться и защищать свою любимую. Пришпорив коня, он понесся по дороге. Сильвит и Шакур поскакали следом, выжимая все силы из своих лошадей. Гарет, бледный и трясущийся, ехал с плотно закрытыми глазами. Езда верхом пугала его больше, нежели возможность сражения. Он мертвой хваткой вцепился в Сильвита.

Господин Мабретон велел стражникам открыть ворота, однако Дагнарус знал, что солдаты не поторопятся выполнить приказ эльфа. Преследователям придется задержаться у ворот, и это даст ему какое-то время. Замысел дальнейших действий принц выстраивал прямо на скаку.

Прежде всего, нужно было избавиться от погони. Затем найти какое-то место, где Вэлура была бы в безопасности. Обернувшись, принц увидел, что ворота вновь стали медленно открываться. Эльфы сгрудились, дожидаясь, пока створки разойдутся на достаточную ширину. Дорога, по которой ехал Дагнарус, завернула за холм, и городские ворота скрылись из виду.