— Очень может быть. Но я никогда не имел счастья быть с ним в подобных приятных отношениях, если помнишь. Так как они открываются?

— О, это и впрямь забавно. Смотри — тут внутри есть что-то вроде фальшивой щеколды, на ней ограничитель, так что стоит опустить его, и панель уже не задвинется. А с этой стороны открыть ее можно, только если сдвинуть в сторону вот эту розетку на пилястре. — Он подошел к стене и ткнул в розетку пальцем. — Вот эту. Это устройство, с помощью которого поднимается ограничитель. Вот, смотри, я поворачиваю ее — вот так!

— Гениально! А можно спросить, как эта панель запирается со стороны комнаты?

— Никак. Можно закрыть только оттуда. Все очень просто: надо вытащить клинышек между задвижкой и ограничителем так, что его невозможно будет поднять. Если сделать это, розетку невозможно будет повернуть. Держу пари, когда в прежние времена выслеживали монахов, тут перещупали все, вертели каждую розетку и шишку! Наверное, чуть не лопнули с досады!

— Вне всякого сомнения. А можно как-нибудь запереть тот вход, что в самом низу лестницы?

— Нет, но ведь сам шкаф сейчас заперт. Мы им давно уже не пользуемся.

Эрл протянул руку:

— Будь любезен, ключ!

— Но я хотел запереть шкаф и положить ключ на место!

— Премного благодарен, но будет лучше, если он побудет пока у меня. А где, между прочим, он обычно хранится?

— В комнате слуг. Там такой шкаф, где Перран держит все ключи.

— Это как раз то, что мне не нравится.

— О, да ради бога! — воскликнул Мартин и протянул ему большой старинный ключ.

— Очень признателен. А теперь отправляйся к себе и, будь так любезен, передай Шарду, что я хочу его видеть.

— Хорошо. Так, значит, ты не думаешь… Ты не поверил, что…

— Ради бога, извини! Я страшно устал, и у меня нет ни малейшего желания снова возвращаться к этому вопросу!

— Тогда позволь пожелать тебе доброй ночи! — с кислым выражением произнес Мартин. — Прошу простить, что потревожил тебя!

Жервез не ответил. Мисс Морвилл, дождавшись, пока за Мартином захлопнется дверь, повернулась к нему:

— Надеюсь, милорд, вы велите, чтобы Шард немедленно заколотил этот проход!

— Да, конечно!

— Надеюсь, что я не принадлежу к той породе людей, которые вечно суетятся по пустякам и делают из мухи слона, но мне становится как-то не по себе при мысли о потайных ходах, которые могут вести куда угодно. А тем более к вам в спальню!

— Мне тоже, — поддакнул эрл, разглядывая ее с некоторым удивлением.

— Признаться честно, — смущенно пробормотала она, — у меня от страха в жилах застыла кровь, когда я увидела, как эта панель вдруг сдвинулась в сторону!

— Да, я заметил. Даже испугался, что вы позовете Турви, чего бы мне совсем не хотелось.

— Нет, я и не собиралась. В общем-то я не закричала бы, даже если бы вы не сжали мне руку. Ведь я была с вами, стало быть, вы были в безопасности.

— Вы поистине замечательная девушка, мисс Морвилл.

— Напротив, я обыкновенная до тошноты, — отозвалась она, — но на сегодня хватит об этом. И без того видно, как вас расстроила вся эта история. Я очень советую вам выкинуть все из головы и не думать об этом, по крайней мере, до тех пор, пока вы немного не окрепнете. — Пока она говорила, пальцы ее смущенно теребили подол юбки. Поколебавшись немного, девушка бесцветным голосом добавила: — Ваше лекарство я держу у себя. Может быть, вам будет любопытно узнать, милорд, что все, что вы едите и пьете, даже все настойки попадают прямехонько из рук нашей кухарки в руки Турви.

— М-да, признаюсь, об отравлении я как-то не подумал, — задумчиво пробормотал Жервез. — Благодарю вас! Не сомневаюсь, что об этом позаботились именно вы!

— Ничуть. Думаю, это решили между собой Турви, Эбни и сама кухарка. Как бы там к вам ни относились члены вашей семьи, милорд, во всех своих слугах вы нашли неподкупных и верных стражей!

— Похоже, так оно и есть! Только мне невдомек, с чего бы им так печься о моей безопасности?

— Объяснить это невозможно! — храбро ответила мисс Морвилл. — Но так случилось. А вот, кажется, идет Шард. Так что теперь я оставлю вас, милорд. Умоляю, не утомляйтесь больше, чем это необходимо! Знаете ли вы, что лоб у вас весь в морщинах, и так с той самой минуты, как вы услышали рассказ Мартина?

— Неужели? Прошу прощения! Признаюсь, он дал мне пищу для размышлений надолго.

— Думаю, будет больше пользы, если вы подумаете об этом через день-два, — заметила она и направилась к двери, чтобы открыть ее. — Можете войти, Шард. Его милость желает поговорить с вами. Знаю, что могу полностью на вас положиться, — вы не задержите его надолго. Спокойной ночи, милорд!

Она вышла, и Шард на цыпочках приблизился к постели. Эрл приветствовал его улыбкой.

— А я еще не умер, Шард! Должно быть, немало хлопот я тебе задал! И как ты только управился и с серыми, и со мной? Ведь я, должно быть, так и норовил выпасть из двуколки?