— Грандиозный вечер, — сказал Френчи.

Потом он проверил себя. Грандиозный вечер: Эрл мертв. Ну и что? В следующую секунду он воспользовался своим талантом, подавил вспышку сожаления и заторопился к столику. Вот-вот должны были начаться танцы.

Вот и все. Это случится в маленькой квартирке без туалета. За ним пришли люди с пистолетами. Сейчас он умрет. Нет, это не проститутка с клиентом: те поднимаются более уверенно. И не старуха Mamasita — она бы не стала красться, а нагло протопала бы наверх. Нет, это были мужчины, двигавшиеся молча, выбиравшие позицию и готовившиеся к стремительному штурму.

«Славная будет охота», — сказал он себе.

Эрл бережно поднял Эсмеральду с места, засунул в стенной шкаф, заставил сесть и сжаться в комок. Насколько он знал этих парней, патронов они жалеть не будут. Конечно, они найдут ее, но что поделаешь...

Он быстро вернулся на прежнее место, держась спиной к стене и стараясь не шуметь: они наверняка прислушивались. В левую руку Эрл взял фруктовый нож, снял пояс с одного из ее жалких платьев и привязал нож к руке. Если его ранят и он от боли разожмет ладонь, его единственное оружие не выпадет.

«Я заберу с собой как минимум одного, — подумал он. — Первому, кто войдет, выпущу кишки. Если повезет, вырву у него пистолет. Если повезет еще раз, успею пустить его в ход и достану двух остальных. Может быть, пристрелю этого нью-йоркского малого, эту крысу. А если он будет с капитаном, который вырезает людям глаза, пристрелю и того. Отправляясь на тот свет, мужчина стремится забрать с собой как можно больше врагов».

Все стихло.

Эрл знал, что они там, что их как минимум трое, потому что слышал одновременное поскрипывание половиц в разных местах. Это означало, что старый знакомый пришел за ним не в одиночку. Скорее всего, их трое. Собираются убить безоружного человека, застав его врасплох. С этим справились бы и двое, но трое лучше. Значит, это Фрэнки, капитан и неизвестный водитель.

Итак, трое.

Комнату наполнял мигающий оранжевый свет, лившийся в грязное окно. На улице слышались крики и гудки машин. С лестничной площадки не доносилось ни звука, но в полоске света, проникавшей в щель под дверью, что-то дважды мелькнуло. Двое мужчин встали по обе стороны двери.

Эрл напрягся.

Кто-то слегка потрогал ручку. Дверь была заперта, но засов на ней отсутствовал. Сначала было тихо, потом в щели между дверью и косяком показался тонкий клинок, поднялся к замку, остановился, начал действовать как рычаг, и вскоре замок открылся.

Эрл сжат в руке ножичек, который мог резать, но был недостаточно длинным, чтобы задеть жизненно важные органы.

«Сейчас», — подумал он.

Дверь бесшумно открылась. Послышалось шарканье, а потом голос:

— Никто не хочет приобрести хороший пылесос?

Капитан Латавистада спланировал операцию очень тщательно. Его люди перекрыли весь квартал улицы Санха. Четверо дежурили позади дома шлюхи, а еще двое заняли позицию на крыше. Он сам с Фрэнки и индейцем ждали на улице, вдали от вывески театра «Шанхай», за кафе «Бамбу». Как подобает боевому командиру, он следил за происходящим в бинокль, спрятавшись за капотом машины.

— Он не так уж умен, — сказал Латавистада.

— Я и не говорил, что он умен, — возразил Фрэнки, стоявший рядом.

Чуть наискосок от них возвышался дом номер сто шестьдесят два, отделенный от улицы прямоугольным двориком. Мерцающий оранжевый свет озарял типично кубинское жилище — пастельно-зеленое, украшенное богатой резьбой в испанском стиле, требующее ремонта, красивое и жалкое одновременно.

— Посмотри, тут же негде спрятаться, — сказал Латавистада, показывая на окно принадлежавшей Эсмеральде квартиры. — Выпрыгнуть невозможно: слишком высоко. Балкона, с которого можно перебраться в другую квартиру или подняться на крышу, нет. Входная дверь одна, окошко тоже. Ему следовало подыскать что-нибудь получше.

— Ты уверен, что информация свежая? По-моему, там никого нет.

— Нет, есть. И Mamasita, и девочки, стоящие на улице, сказали, где живет Эсмеральда. Калье Санха, номер сто шестьдесят два, квартира двести пять, второй этаж. Все правильно. Он здесь. Обязан быть здесь.

По Санха сновали такси, старые машины, даже какой-то «кадиллак». На каждом углу дежурили проститутки. У театра «Шанхай» и в гулких подворотнях толпились мужчины. Рядом с «Шанхаем» расположилось кафе «Бамбу», за столиками которого тоже сидели люди. Они пили, курили и смеялись. Все они собрались на улице Санха, чтобы трахнуться за каких-нибудь несколько песо.

— Скоро начнется новый сеанс. Толпа растворится. Тогда мы двинемся.

Капитан наклонился вперед и припал к биноклю.

— Да, два человека на крыше. Да, они заняли позицию. Сейчас проверю улицу... Да, на улице тоже. Да. Фрэнки, ты готов?

Фрэнки поправил узел галстука и надвинул шляпу на глаза. У него был автоматический «стар», и на сей раз он знал, как им пользоваться. Он тренировался. Пистолет был заряжен и поставлен на предохранитель. Стоит слегка нажать на кнопку, а потом на спусковой крючок, как начнется форменный ад. Кроме того, у него было два кольта сорок пятого калибра.