– Гм… Хорошо, я бы назвал два.

– Два? – переспросила бойкая девица.

– Пожалуй, что два. Один – это когда останавливают сердце, а второй – когда останавливают мозг.

Фелисити подсела к столу напротив графа.

– Милорд, может быть, поговорим о погоде или еще о чем-нибудь более приятном?

– Конечно! – улыбнулся граф и с готовностью перевел разговор: – Похоже, после таких дождей река…

– Чтобы убить человека, есть семьдесят три способа! – выпалила Мэй.

Раздраженный тем, что его столь бесцеремонно оборвали, Дирхерст некоторое время молча разглядывал собственную вилку.

– Я уверен что никаких семидесяти трех способов нет, – наконец насколько возможно мягко проговорил он. – Есть очень хорошее правило – маленьких девочек, когда беседуют взрослые, не должно быть ни слышно, ни видно. Мы беседуем с твоей сестрой…

– Все равно есть семьдесят три! Рейф знает их все, от первого до последнего!

Граф не спеша повернулся, окинул Бэнкрофта неприязненным взглядом и процедил сквозь зубы:

– Можно было догадаться, кто стоит за всем этим вздором. Подозрительный тип небрежно оттолкнул от себя пустую тарелку. Ну и горазд же он есть за чужой счет!

– Вздор? Это вы о чем?

– Да это же полнейшая ахинея и просто недопустимая тема для беседы в присутствии молодых леди!

– Я с превеликим удовольствием могу вам продемонстрировать некоторые из этих способов, если вы соблаговолите выйти со мной во двор.

– Рейф!

– А я знаю тот, который двадцать восьмой! – пропищала Мэй.

– Мэй! Уймись, пожалуйста!

– Идем, Мэй – поднялся из-за стола Бэнкрофт. – Сходим проведать Аристотеля. Он без нас там, наверное, заскучал.

Скользнув взглядом по графу, негодяй с улыбкой скрылся за дверью, а Мэй вприпрыжку умчалась следом.

Наконец-то! Джеймс посмотрел через стол на Фелисити.

– Похоже, мы, наконец, наедине. Девушка еще раз улыбнулась ему:

– Я приношу свои извинения, Мэй что-то совсем расшалилась. Сегодня было много возни по дому, и до последнего момента у нее не было возможности выплеснуть накопившееся.

– Не извиняйтесь, Фелисити, право, не стоит, – Граф ласково похлопал ладонью ее по руке. – Я прекрасно знаю, как трудно вам приходится. Уверен, если бы у нее была гувернантка, поведение девочки заметно улучшилось бы.

Фелисити со вздохом кивнула:

– Делаем что можем, граф.

– Вы же знаете, с каким удовольствием я нанял бы ей гувернантку. А заодно, моя дорогая, и кухарку для вас! Не следует стряпать самой с утра до вечера.

– Спасибо, Джеймс, но…

– Тпру, Аристотель! Никаких галопов в доме, понятно?

Вслед за возгласом раздался такой громкий и веселый хохот Мэй, что граф вопросительно поднял бровь и взглянул на Фелисити:

– У вас что, здесь лошадь? Фелисити покраснела:

– Вообще-то да. Всего на одну ночь…

Граф с трудом удержался от того, чтобы не нахмуриться в очередной раз, и, наклонившись вперед, взял обе руки Фелисити в свои.

– Фелисити, я очень прошу. Это уж слишком. Нужно же когда-нибудь прислушаться к голосу разума.

– Джеймс, дело в том…

Он медленно отпустил ее руки.

– Вы живете неправильно. Я настаиваю, чтобы вы Мэй переехали на время в поместье Дирхерст. Я прошу вас войти ко мне в дом моей женой, но, если вы снова откажете, буду, счастлив, принять вас как самую почетную гостью. Равно как и вашу младшую сестру.

Фелисити, наконец, высвободила руки. Граф попытался, было снова завладеть ими, убедить, как он ее обожает, но вдруг подумал, что терпение в таком щепетильном деле может принести гораздо больше дивидендов, нежели самоуверенное навязывание себя особе противоположного пола. Так или иначе, терпение его было на исходе, а тут еще какой-то Бэнкрофт все время околачивался поблизости.

– Джеймс, я знаю, вы искренне хотите нам помочь, и я бесконечно благодарна за вашу неиссякаемую доброту и сочувствие. Но вы ведь знаете, что я не выйду за вас замуж ради того, чтобы не утратить вашу неоценимую помощь с Фортон-Холлом.

– В таком случае выходите за меня, потому что я вас люблю.

Фелисити довольно долго молчала, прежде чем ответить:

– Милорд, я вновь благодарю вас за доброту и внимание. Но мой долг велит мне оставаться здесь. Я нужна моему брату и моей сестре, и я нужна поместью. Здесь мой дом, милорд.

Граф начал медленно закипать от гнева.

– Это вы уже говорили, чуть ли не слово в слово. Разумеется, я уважаю ваши чувства. Со временем, однако, Найджел женится, я в этом не сомневаюсь, Мэй вырастет, и тогда, моя дорогая Фелисити, в Фортон-Холле для вас просто не будет места. Не лучше ли заранее перебраться на законных основаниях в свой новый дом и жить поблизости от вашего родного очага и любимых брата и сестры?