— Сказала, что поняла. — Марк взъерошил волосы. — Но с ней порой ничего не разберешь.

— Может быть, это ты виноват. Ты иногда держишься крайне холодно.

— В отличие от тебя, я никогда не умел разговаривать с женщинами.

— Ну да, я с женщинами разговоры разговариваю, а ты их покоряешь, вот и вся разница.

Марк рассмеялся. Он вдруг почувствовал себя лучше. Уоррен всегда умел его рассмешить. Единственный его близкий друг, Уоррен без слов чувствовал настроение Марка.

— Нет, я серьезно. Ты наверняка был с ней сух из-за Стивена. Может быть, в делах такой тон и сойдет, но не с Эйлис. Она слишком ранима.

— Ты что, понял это из двух мимолетных встреч с ней?

— Да. И из слов Линды.

Пройдя к столику, Марк налил бренди. Уоррен прав: он намеренно хотел обидеть Эйлис. Его поведение — ребячество. Но сама мысль о том, что каждую ночь она проводит в постели Стивена, выводит его из себя. К нему, Марку, она ни за что не обратилась бы, если б ей удалось достать денег где-нибудь еще. Гордость Эйлис он и пытался уязвить.

— Ты прав. — Марк протянул Уоррену его бренди. — Я думал, что Эйлис не станет спать со Стивеном, и опять ошибся. Нам обоим известно: женщины гораздо искуснее в обманах, чем мужчины.

— Сомневаюсь, чтобы она и вправду пыталась тебя обмануть. И Стивена она, по-моему, в грош не ставит.

— Да? Она настаивает, чтобы он значился вторым продюсером, хотя его и в Лондоне-то не будет, чтобы ей помочь. Она будет тянуть на себе весь воз, а он — лишь стричь купоны и получать комплименты. Это же неспроста!

— Дай ей срок, потерпи, она скоро поймет, кто есть Стивен на самом деле. Ты, кажется, считал, что он имеет отношение ко всей этой истории с билетами?

— Я не исключил этого. Вилла Тэлбота не так далеко. Стивену или Джейсону ничего не стоит смотаться в Танжер.

— А твои агенты все еще не нащупали концов?

— Они работают, но с каждым днем надежды все меньше. Теперь вдруг следы повели в Пакистан.

Уоррену хотелось, чтобы Марк пошел с ним на открытие дома моделей. Если Уоррен появится не один, легче будет притвориться, что приход его не несет в себе оттенка чего-то личного.

— Тебе надо отвлечься от всей этой распроклятой истории. Эйлис будет сегодня демонстрировать платья от Линды. Поедем! Надо же чисто по-человечески поддержать Линду.

Вечерний поток транспорта двигался медленно, и Уоррену было нелегко вести свой зеленый «Астон-Мартин» по запруженным машинами улицам. Марк наблюдал за Уорреном. Вид у того был веселый и довольный, но Марка не обманешь — он чувствовал, что Уоррен нервничает перед встречей с Линдой.

— Вы что, решили опять съехаться? — как бы между прочим спросил Марк.

— Да не знаю еше.

— Я говорил с Линдой в Мексике. Она мечтает о возможности начать все заново. По-моему, она здорово переменилась.

Уоррен не ответил, и Марк замолчал. В какой-то мере он завидовал другу: Линда буквально преследует Уоррена, а он, Марк, не может расположить к себе Эйлис даже деньгами. Но разве Каролина не доказала ему весьма убедительно, что любовь не купишь?

Уоррен не сводил глаз с задних фар едущей впереди машины, продвигаясь шаг за шагом вперед. До тех пор, пока Линда не призналась ему в своей любви, он не осознавал, как скучает по ней. Теперь он сталкивался с ней то и дело, что вряд ли было простым совпадением. И всякий раз она улыбалась ему той самой тихой пленительной улыбкой, забыть которую он был не в силах.

Но сможет ли он ее простить? Уоррен сомневался в этом. Даже теперь в памяти живы были ее измена, предательство, то чувство, с которым он прочитал ее записку. Женщине, способной на подобные поступки, доверять невозможно.

— Ты сказал Эйлис, что купил театр Ридженси? — спросил Уоррен, чтобы не думать больше о Линде. И без того она не выходит у него из головы.

— Нет, — ответил Марк. — Я не хочу, чтобы об этом знали.

— Но ей-то не мешало бы знать, как нелегко тебе было провернуть эту сделку. Владелец так ломался, что, наверное, стоило бросить эту затею и подыскать другое помещение.

— Другого помещения нет. Я проверял.

Наступило молчание. Автомобиль свернул на Бошамп-Плейс. Линда проявила вкус и здравый смысл, выбрав для своего дома моделей такое местоположение. Рядом с шикарнейшими модными заведениями дизайнеров вроде Брюса Олдфилда или Эманюель. Светские люди и аристократы, такие, как принцесса Диана, всегда делают покупки в районе Слоун-сквер и Бошамп-плейс.

Уоррен ухитрился припарковаться, чем немало удивил и восхитил Марка.

— Нет-нет, ты обязательно должен ей признаться, — сказал Уоррен. — Она ведь и сама вкладывает деньги в эту постановку.