Джастин взял ее за плечи и повернул лицом к себе.

— О, не сомневайся, Аврора, ты станешь моей, — слегка улыбнулся он. — Не сможешь устоять перед волшебством, которое я пробуждаю в твоем соблазнительном стройном теле!

— Подлец! — полушутя набросилась на него Аврора.

— Стерва! — не остался в долгу Джастин, наспех целуя ее в губы. Оба рассмеялись.

— Немедленно застегнитесь, Сент-Джон, иначе весь дом узнает, чем мы тут занимались, — велела Аврора.

— Им и так все известно, — хмыкнул Джастин, возясь с пуговицами.

— Можете проводить меня, — строго приказала Аврора, — а потом возвращайтесь к себе. Ваша мама, должно быть, уже беспокоится, воображая себе всякие ужасы. Ей и в голову не приходит, что вы за дьявол.

— Увы, — не согласился он, взяв Аврору под руку, — боюсь, вы ошибаетесь, дорогая. Кстати, можно мне приехать завтра и пригласить вас на чай, чтобы матушка смогла познакомиться с будущей невесткой?

— Сент-Джон! — раздраженно воскликнула Аврора. — Я еще не сказала «да»! Не стоит все решать за меня!

— Терпение никогда не было моей главной добродетелью, — признался Джастин.

— Да и сама нравственность тоже вряд ли относится к числу ваших добродетелей, не говоря уже о целомудрии, — парировала девушка.

— Верно! — громко расхохотался Джастин.

Войдя в дом, Аврора заметила, что из-под двери библиотеки выбивается полоска света.

— Спокойной ночи, Джастин, — пожелала она. Но тот снова обнял Аврору и игриво прикусил ее нижнюю губку.

— До свидания, милая. Как я мечтаю о той ночи, когда не придется больше прощаться с тобой и ложиться в холодную постель! Я потребую, чтобы мы спали обнаженными, и стану целовать и ласкать каждый дюйм твоей прелестной плоти, пока не начнешь умолять о большем.

Стиснув талию девушки, он прижал ее к себе с такой силой, что кончики дерзко торчавших холмиков уперлись ему в грудь.

— И я не оставлю тебя в покое, пока мы не отправимся в церковь, дорогая. Знаю, даже сейчас та милая маленькая впадинка между твоих бедер горит и ноет от желания, не так ли?

Аврора удивленно кивнула:

— Вы ужасно порочны и безнравственны, Джастин. И если будете искушать меня, отвечу тем же, и тогда ваш «милый дружок» будет напрасно изнывать от желания! Я права?

Она намеренно медленно облизала пересохшие губы. В этот момент дверь библиотеки распахнулась, и на пороге возник герцог.

— Немедленно поднимитесь к себе, Аврора! — резко приказал он. — Сент-Джон, вам давно пора домой! Не допущу никаких непристойностей в моем доме!

Сент-Джон, весело хмыкнув, поцеловал Аврору в кончик носа и, издевательски вежливо поклонившись герцогу, вышел. Валериан был вне себя и, по всей видимости, едва сдерживался:

— Запомните, мисс, я ваш опекун и не допущу, чтобы вы позорили нашу семью. Не смейте вести себя как уличная девка, иначе я велю запереть вас в вашей комнате и посадить на хлеб и воду. Надеюсь, вам понятно, мисс Спенсер-Кимберли?

— Мне понятно только то, что вы чванливы и нестерпимо высокомерны, милорд, как, впрочем, я всегда и считала. Довольно с вас и моей сестры, которую вы всячески унижаете, но меня извольте оставить в покое. Я, вероятнее всего, выйду замуж за мистера Сент-Джона, и если думаете, что я запятнаю свое доброе имя, жестоко ошибаетесь. Приятных снов, ваша светлость.

Взбежав по лестнице, девушка постучала в дверь спальни герцогини.

— Что угодно, мисс? — спросила Джейн, встав на пороге.

— Ее светлость еще не спит? Я хотела бы поговорить с ней, — вежливо произнесла Аврора.

— Заходите, мисс, она вас ждет, — весело улыбнулась маленькая женщина в накрахмаленной наколке, прикрывавшей седые локоны. Всему дому было известно, как предана Джейн своей госпоже.

Мэри Роуз уже сидела в кровати, нервно перебирая ленты голубого ночного чепчика.

— Ну? — нетерпеливо выпалила она. — Он наконец сделал предложение? Вы согласились, Аврора?

— Да, в седьмой раз, — засмеялась девушка. — Но до сих пор я всегда отвечала отказом.

— Семь раз?! И вы говорили «нет»?! — потрясенно прошептала герцогиня. — Господи, дитя мое, о чем вы только думаете?

— Сегодня я ничего не ответила, хотя, наверное, соглашусь, мэм, — утешила Аврора свою благодетельницу.

— Почему именно сейчас? — с любопытством осведомилась Мэри Роуз. «Совершенно непредсказуемая девочка! Такая эксцентричная! Недаром Марта назвала ее упрямицей!»

— Он поцеловал меня, — искренне призналась Аврора, — мне было так хорошо! До сегодняшнего вечера Джастин был неизменно учтив и даже холоден. Нынче же показал себя таким деспотичным… властным. Почти грубым. Признаюсь, я была заинтригована. Он не из тех жеманных хлыщей, каким я его считала. И если я приму его предложение, то лишь потому, что более подходящего мужа, наверное, не найду. К тому же он мне нравится. Очень нравится. Возможно, я даже влюблена в него.