— Да, мама, — хором ответили мальчики.

— Тогда, — задумчиво произнесла она, — вас необходимо послать пажами в хорошую семью. Но сначала получше познакомимся друг с другом. Вот это ваш отчим, граф Линмутский.

Ребята дружно повернулись и под устрашающим взглядом Найла отвесили Саутвуду поклон. Заметив напряженный взгляд лорда Бурка, Джеффри внутренне усмехнулся от удивления. Так два маленьких дикаря недолюбливают его?

Что ж, это вполне естественно. Он поклонился в ответ мальчуганам:

— Эван и Мурроу О'Флахерти! Я чрезвычайно рад иметь вас своими приемными сыновьями и приглашаю в свой дом.

— Им нужно познакомиться с другими детьми, — спохватилась Скай. — У вас три сводных сестры, ребята. Сузанне шесть лет, а близнецам Гвинете и Джоане по пять. А вашей сестре по матери, моей дочери Виллоу — три с половиной года. Недавно родившегося младенца зовут Робин. Пойдемте в детскую, я вас со всеми познакомлю. — Найлу она не сказала ничего. Ровным счетом ничего.

— Я совсем позабыл, что она любит и ненавидит одинаково яростно, — едва слышно проговорил Найл.

— В прошлую вашу встречу вы ее жестоко обидели, — объяснил граф.

— Бог свидетель, я этого не хотел, но вдруг мы поссорились.

— Было очень любезно с вашей стороны привезти сюда детей Скай. Констанца благополучно устроилась в Ирландии?

— Она все еще в Лондоне. А я ездил повидаться с отцом. Завтра поеду к жене. Она очень больна, и я повезу ее на Мальорку.

Джеффри кивнул.

— Слуга покажет вам вашу комнату, — вежливо сказал он.

Через несколько минут Найл остался один в своей комнате. Как и красивый зал, который он только что покинул, комната выходила на море. Закат окрасил воду и сделал ее похожей на вино. А вдали а предвечерней дымке маячил остров Ланди — таинственное убежище пиратов. Вблизи от моря, ощущая его запах, Скай будет счастлива, подумал Найл.

Ужин был простым и прошел очень скованно. Детей за столом не было: они поели в детской. Эван и Мурроу были в центре внимания. Сестры их просто обожали, и они невольно поддались обаянию Виллоу. А маленький братец был никому не интересен.

Саутвуд и лорд Бурк сидели на почетных местах. Ниже их ужинали только несколько вассалов — свиты у графа не было. Разговор не клеился. Наконец в зале остались только Джеффри, Найл и Скай. Найл знал, что не сможет уехать утром, не поговорив со Скай. Она умудрилась ни разу за весь вечер не обратиться к нему, хотя делала вид, что между ними ничего не произошло. Найл понял, что должен действовать прямо.

— Скай, — тихо проговорил он, глядя ей в глаза. — Извини меня за нашу прошлую встречу. Ее губы сложились в улыбке:

— Ты тогда очень нервничал, милорд. — Голубые глаза, несмотря на вежливый тон, оставались по-прежнему холодными. — А теперь, надеюсь, ты меня извинишь. У меня был трудный день, и я очень устала. — Времени для ответа она ему не дала. Повернувшись к Джеффри — теперь ее глаза потеплели, — она попросила:

— Не задерживайся, дорогой.

Найл почувствовал себя так, как будто подглядывает в замочную скважину.

— Не задержусь, — пообещал граф и погладил жену по щеке. У двери Скай постояла и, повернувшись, произнесла:

— Счастливо добраться, Найл. — И закрыла за собой дверь.

— Она простила вас, Найл. Но вы обидели ее, а она гордая женщина.

— Она всегда была гордой, — ответил лорд Бурк. — Гордой и непокорной. Поэтому-то ее и любил отец, а потом оставил на нее дело О'Малли, — с утомленным видом Найл потер себе лоб — Все это теперь уже история. Совсем другие времена. И я говорю совсем о другой женщине. Ну, мне пора в постель, Саутвуд, я хочу уехать рано. Если не увидимся утром, спасибо за гостеприимство.

Джеффри посмотрел вслед гостю и почувствовал к нему жалость. Но в следующую секунду тряхнул головой и отправился готовиться ко сну.

Когда он оказался в спальне жены, Скай расчесывала свои красивые темные волосы.

— Ты была с ним слишком жестока, дорогая.

— Никогда Найл Бурк меня не сможет больше обидеть. — И, как будто отбросив дурное настроение, обвила его шею руками и тихо рассмеялась.

— Ты что, плутовка, заигрываешь со мной?

— Да, поцелуй меня, Джеффри!

Граф притворился, будто обдумывает ее просьбу.

— Надо поразмыслить, мадам, — проговорил он, делая вид, что хочет уйти.

— Ах ты, мерзавец, — прошипела Скай и бросилась ему на спину.

Джеффри обернулся как раз вовремя, чтобы схватить ее в объятия и прижать к груди. В его руках она оказалась беззащитной.

— Ну вот вы и попались, мадам, — ласково прошептал граф, покусывая губы жены.

— Возьми меня, Джеффри! Пожалуйста, возьми!

— С радостью, дорогая. — Их губы слились в поцелуе.

Скай отдалась так порывисто и страстно, что он в который раз удивился силе ее чувства. Мягкие, как лепестки цветка, губы раскрылись, пропуская язык. Не отрываясь от губ, он взял ее на руки и понес к кровати, осторожно положил среди подушек и снял с себя рубашку. Глаза цвета сапфиров преданно смотрели на Джеффри и отражались в его зеленоватых глазах. Скай быстро сняла свою шелковую рубашку и, уронив ее на пол, протянула к мужу руки. Он присел на край кровати и взял ее лицо, сжав между сильными ладонями. Потом заглянул в самую глубь ее прекрасных глаз.