— Конечно, Скай, просто ступени мокрые, — ответил де Гренвилл, думая про себя, какая же эта женщина все-таки смелая.

Комендант Тауэра встретил ее у входа и ужасно расстроился, заметив, в каком она положении. Без сомнения, в крепости предстоят первые роды. И как же ему не хотелось брать под стражу беременную женщину! В такой ситуации могло произойти что угодно. Комендант тепло приветствовал новую узницу.

— Прошу отужинать со мной и моей женой, леди Бурк. А тем временем служанка подготовит комнату. Я пошлю людей, чтобы они доставили туда ваш багаж и разожгли огонь.

— Спасибо, сэр Джон, — поблагодарила Скай и повернулась к де Гренвиллу, чтобы попрощаться. — Передайте ее величеству, — попросила она, — что я давно бы приехала в Лондон сама, если бы знала, что здесь нужна. И скажите, что хотела бы узнать, в чем меня обвиняют. А если обвинений нет, напомните королеве, что в таком случае арест незаконен. — И снова обратилась к коменданту:

— Позвольте опереться на вашу руку, сэр Джон. В последнее время я стала такой неловкой.

Ричард де Гренвилл покинул Тауэр и направился к Уайтхоллу, где в то время находилась королева. Он прошел прямо в апартаменты Сесила и попросил немедленной встречи. Секретарь, привыкший к тому, что любой посетитель спешит, был сильно удивлен, когда Сесил приказал немедленно провести к нему сэра Ричарда. Когда Джон затворил за собой дверь, канцлер подвинул ему стул и спросил:

— Почему вы так задержались, сэр? Возникли какие-нибудь осложнения в Линмуте?

— Нет, милорд, ничего особенного. Правда, лорд Бурк очень рассердился, а леди недоумевает, почему королева отдала приказ о ее аресте. Есть только одно затруднение, и оно-то и задержало нас в дороге. — Сесил испытующе посмотрел на де Гренвилла, и тот поспешил объяснить:

— Через несколько месяцев леди Бурк предстоит рожать. Поэтому и пришлось ехать с осторожностью.

— Черт побери! — взорвался Сесил. — Я ведь предупреждал королеву, а теперь… — он оборвал себя на полуслове.

— Милорд, — тут же снова вступил в разговор Дикон, — а почему все-таки арестовали графиню? Что она сделала?

— Сделала? Ничего, о чем бы нам было известно, сэр Ричард. Она всего лишь под подозрением.

— О! — Ему очень хотелось спросить, в чем она подозревается, но он так и не осмелился.

— Вы свободны, сэр Ричард, — произнес советник королевы. — Конечно, вы не забыли о том, что ваше задание нельзя ни с кем обсуждать.

— Конечно, милорд. — Он уже направился к выходу, но, поколебавшись, спросил:

— Могу я время от времени посещать Скай? Ей теперь будет очень одиноко.

— Нет, сэр Ричард, нельзя. Ее пребывание в Лондоне должно оставаться в строгом секрете, а если вас там кто-нибудь увидит, вам будет трудно объяснить, почему вы оказались в Тауэре. — Но, заметив несчастное выражение лица де Гренвилла, канцлер добавил уже мягче:

— Может быть, перед Рождеством вы увидитесь с ней и передадите ее поздравления семье.

Оставшись один, Сесил откинулся на спинку стула, довольный, что так удачно изолировал леди Бурк. Ее следует оставить в Тауэре на несколько недель — пусть поразмыслит о причинах своего ареста. И если она и в самом деле виновата, то к тому времени, когда начнутся допросы, будет изрядно напугана. Канцлер улыбнулся.

Но через несколько дней Сесилу уже не хотелось улыбаться в связи с делом леди Бурк. Перед ним стояла удивительно несговорчивая ирландская монахиня из монастыря Пресвятой Девы Марии на острове Инштурк, которая представилась как сестра Скай.

— Я приехала, чтобы присутствовать при родах сестры, — тихо, но решительно заявила она.

Сначала Сесил изобразил недоумение.

— Мадам, я понятия не имею, о ком вы говорите. На лице Эйбхлин мелькнула такая знакомая улыбка:

— Милорд, давайте не будем попусту тратить времени. Ваша подпись стояла под распоряжением об аресте моей сестры, и я неслась сюда сломя голову с западного побережья Ирландии. Я намерена оставаться со Скай, но, если вы не разрешите мне этого, найду способы добраться до королевы и предать дело гласности. О'Малли пока ничего не предпринимают, потому что лорд Бурк заверил их, что все это лишь недоразумение.

— Но почему, мадам, — закипал Сесил, — почему я должен разрешить вам оставаться с вашей сестрой? Я не позволил этого даже ее мужу. Так почему же должен позволить сестре?

— Мой зять — симпатичный человек, но я по профессии акушерка. Скай во мне нуждается.

— С ней находится женщина.

— Дейзи? Хорошая девчушка, когда речь идет о прическе или нарядах. Но какая же из нее повивальная бабка? От одного вида крови она упадет в обморок, а при родах бывает много крови. Вы об этом когда-нибудь слышали? Или вы специально намерены заставить страдать сестру?

— Боже, женщина! — возмутился Сесил. — Мы не желаем причинять никакого вреда вашей сестре. Своевременно мы направим кого-нибудь на помощь леди Бурк.

— Могу себе представить, — презрительно усмехнулась Эйбхлин. — Какую-нибудь старую неумеху с грязными ногтями, которая непременно заразит и ребенка, и Скай. Что вы знаете об акушерстве, милорд?

Советник королевы почувствовал, что его терпение кончается. Эта женщина оказалась непробиваемой.

— А вы знаете, мадам, — проревел он, — как просто попасть в Тауэр и как непросто оттуда выбраться?