— Подтверждаю, — кивнул Тема. — Просто объеденье. Тают во рту быстрее мороженого. Машка этот рецепт из одного ресторана уволокла, когда…

— Да что вы все о еде, да о еде! Ну, поймите, не до жратвы мне сейчас! Я же чувствую, что Лизе грозит опасность. Нутром чую, как зверь! У меня аж сжимается все внутри. И вы хотите, чтобы я лопал ваши котлеты и вел светские беседы? Ну, не получится, хоть убейте! Лучше бы вы меня тогда в беседке оставили, честное слово!

— Леш, не ты один за Лизу волнуешься. Вот кстати, сколько ты ее знаешь? Меньше полугода. А мне она — лучшая подруга, начиная с детсада. Мы ж вместе росли, вот это ты понимаешь? И как, по-твоему, я себя сейчас чувствую? Я только стараюсь быть сильной, а внутри… внутри…

Машка заревела. Тема тут же бросился к жене, заставил выпить какие-то таблетки и увел в комнату.

— Ей нельзя волноваться, — объяснил он Леше, когда через пять минут вернулся обратно в кухню. — На ребенке может плохо отразиться. Меня ее врач отдельно предупреждал. Машка и так слишком эмоциональная, а уж как речь о Лизе заходит… Только на снотворном и отправляю в постель. Иначе будет всю ночь сидеть, трястись, на луну глядеть. Мне она в такие минуты волчицу напоминает, у которой волчат отобрали.

— Странно. Глядя на Машку, и не заподозришь.

— Ну, в данном плане она у меня скрытный товарищ. Даже удивительно, что при тебе не сдержалась. Видимо, совсем накипело. Вот и сорвалась.

— Слушай, а вы с Машкой сколько лет до свадьбы знакомы были?

— Заочно, — рассмеялся Темка, — лет семь. А очно Лизка нас только в прошлом году познакомила. До этого друг про друга исключительно по ее рассказам знали. Мы ж даже на свадьбу никого не позвали, кроме нее, поскольку если бы не Лиза, так и куковали бы холостяками.

— Слушай, а ты в Лизу никогда не был влюблен? Нет, только не смейся, сейчас объясню. Просто она в свое время столько мне про тебя рассказывала, что я заподозрил, что она к тебе неровно дышит. Представляешь, даже ревновать начал, несмотря на то, что ты женат. Ну, потом-то, конечно, понял, что это не так. Нет, если не хочешь — не отвечай. Я из чистого любопытства интересуюсь. Просто ни с того, ни с сего взяло и в голову стукнуло.

— Тебе честно или политкорректно?

— Само собой, честно.

— Тогда наливай.

Тема достал из холодильника полбутылки запотевшей водки, вытащил из буфета две стопочки и протянул это все Леше. После чего выложил на тарелку со сковородки пять котлет, крупными ломтями порезал черный хлеб, и только тогда вновь уселся рядом с Алексеем.

— Ну что, за Лизу?

— Да, чтоб с ней ничего плохого не случилось!

Парни чокнулись, почти одинаково сморщились и потянулись к закуске.

— Ну, так что там у тебя с Лизой? — напомнил Алексей свой вопрос, прожевав кусочек безумно вкусных котлет с начинкой.

— Можешь смеяться, ничего. И вообще, я — полный кретин и баран. Но надеюсь, что кроме тебя об этом не узнает ни единая душа. И особенно девчонкам нашим не говори. Ни к чему это знать ни одной, ни другой. Обещаешь?

— Могила! — подтвердил Леша.

— Это Лизка меня нашла. Первая подошла, что-то спросила, завязался разговор, то, да се. А я только-только выпал из затяжного романа длиною в пять лет. Родители с обеих сторон уже к свадьбе готовились, ручонки потирали, а мамзель… В общем, что о ней говорить? Загуляла барышня, и понятное дело, что не со мной. По данной причине я на ту пору искренне считал всех баб сволочами и поклялся, что ни одну из них к себе больше не подпущу, хоть земля разверзнись.

— Ну, и что дальше было?

— Я, как напыщенный индюк, начал демонстрировать Лизе всю глубину и мощь своего интеллекта. Думаю, сейчас-то я ее и отпугну. Кто ж из девчонок книжных сухарей и зануд любит? Чуть ли не теоремы ей вслух зачитывал и про кванты рассказывал.

— А она?

— А ничего. Как дружила со мной, так и продолжала дружить.

— В каком смысле дружить?

— В самом прямом. Ладно, разливай по второй. А то, думается мне, без этого снотворного мы с тобой точно не уляжемся. А таблетки глотать неохота.

— Это верно. Ну, за то, чтоб завтра у нас все получилось!

— За удачу!

Разговор по понятным причинам прервался где-то на полминуты, после чего Тема продолжил:

— В общем, дружили мы с ней уже что-то около года, когда я понял, что она мне нравится.

— В каком смысле?

— В любом. И как человек, и как женщина. И тут, представляешь, я оробел. Мне б шаг навстречу сделать, объясниться ей. А с другой стороны — страшно. У меня друга вернее и преданней нее никогда не было. Ни среди парней, ни уж тем более среди девчонок. Я как представлю себе, что лишусь ее навсегда, сразу вся охота объясняться пропадает.