— Ну как скажете.

— Вот-вот. — Опустившись на подушки, Себастьян устало вздохнул: эта дырка в груди доставляла ему адские неудобства!

— Надеюсь, вы в здравом уме, ваша светлость, а то я что-то плохо соображаю. К вам не вернулась лихорадка?

— Просто купи для меня это дурацкое обручальное кольцо. Пусть оно будет большим, бросающимся в глаза, чтобы любой замечал его с первого взгляда.

— Стараетесь застолбить участок, ваша светлость? — издевательски фыркнул Талли. — Если судить по усилиям, которые вы прилагаете, чтобы остаться женатым, можно подумать, что вы безумно влюблены в свою жену. Прискорбно, чтобы и ваша леди не хотите этого признавать.

Но Себастьян настолько устал, что уснул, едва его голова коснулась подушки, и не слышал последних слов Талли.

Выйдя на крыльцо, Иден увидела толпу, собравшуюся на лужайке перед домом.

— В чем дело, господа? — с улыбкой спросила она. Делберт Гейтс, худощавый и невысокий владелец кузницы, торжественно сделал шаг вперед.

— Нам стало известно, что вы скрываете в своем доме изменника. Мы пришли за ним. Он должен расплатиться за свое преступление.

— Изменника? — Сбитая с толку Иден озадаченно моргнула. — Все, за кем я ухаживаю, честно и самоотверженно служили делу Америки.

— Все говорят, что Себастьян Сейбер был британским шпионом, — покачал головой Делберт. — Когда война обернулась а пользу патриотов, он сменил убеждения ради спасения собственной жизни.

Иден выразительно посмотрела на сжавшего кулаки кузнеца, который ни разу и пальцем не пошевелил, чтобы поддержать «Сынов свободы». По ее понятиям, изменником здесь был как раз он. Нетрудно было догадаться, кто в ответе за распространение этих слухов. Конечно же, Джерард Локвуд! Этому мстительному дьяволу, по-видимому, было мало ранить Себастьяна, теперь ему хотелось, чтобы — Себастьяна повесили за измену.

— Мистер Гейтс, разве вы и остальные присутствующие здесь не знаете, что у нас в доме — храбрые раненые солдаты, и мы о них заботимся?

— Конечно, знаем. Кому же это не известно? — ответил кузнец, и толпа одобрительно загудела.

— До вас, наверное, дошли слухи, что я, чем только могла, поддерживала войска в отличие от некоторых других, для которых личная выгода была важнее интересов страны?

— Да, разумеется, но… — Гейтс поежился, прочтя по глазам Иден, кого она ставит на первое место в списке «некоторых».

— И я никогда не приютила бы человека, который не проявил мужества в деле борьбы за независимость, понимаете?

— Возможно, это получилось неумышленно, однако…

— Должна заметить, что Себастьяна Сейбера высоко ценят мой отец и сам генерал Джордж Вашингтон, — оборвала его Иден. — Кроме того, Сейбер был тяжело ранен, спасая меня от нападения британца. Вам это известно? Вижу, что нет, — сказала Иден, заметив, как мужчины в толпе недоуменно переглядываются. — Так вот, заверяю вас, что Себастьян — человек чести, джентльмен и преданный нашему делу военный. Кроме того, я вышла за него замуж.

Раздались удивленные возгласы, а челюсть Делберта Гейтса ударилась о его впалую грудь.

— Зная, как беззаветно я предана делу Америки, вы понимаете, что я никогда не связала бы свою судьбу с человеком, которому полностью не доверяла бы. Себастьян Сейбер не раз рисковал жизнью, он оставил свой дом, борясь за свободу колоний. — Идем смотрела прямо в глаза кузнецу. — Нет, мистер Гейтс, мой муж не перебежчик, а герой войны, достойный всеобщего уважения. Он заслуживает благодарности, а не осуждения. Честно говоря, эта грязная сплетня очень похожа на слух, пушенный сторонниками Британии, которые ищут, чем бы отомстить победителям.

— Мы искренне сожалеем, если обидели вас. — Держа шляпу в руке, вперед выступил Роберт Уиз. — До нас дошла тревожная новость, и мы хотели защитить своего ангела милосердия. Вот и все.

— Я тронута вашей заботой, но меня огорчило, что вы так легко поддаетесь внушению. Я надеялась, что мой муж будет хорошо принят моими друзьями и соседями, и не хотела бы, чтобы его репутация была запятнана, особенно учитывая все принесенные им ради общего дела жертвы. — Иден наградила толпу ангельской улыбкой. А теперь прошу извинить меня, я должна вернуться к раненому мужу.

Толпа быстро рассеялась, и Иден, облегченно вздохнув, послала проклятие Джерарду Локвуду, где бы он ни был. Рано или поздно, но им еще предстоит встретиться. У этого негодяя была дьявольская способность причинять неприятности!

Отодвинувшись от окна, Себастьян снова опустился на подушки. Ему приятно было знать, что Иден вступилась за него и не позволила запятнать его имя, несмотря на все их междоусобицы.

— Видите, моя святая сестра всегда борется за справедливость, — пошутила Элизабет, поправляя Себастьяну подушку. — Иден противится вашему браку только потому, что это не ее собственное решение. Своими возмутительными выходками она просто требует независимости.