— И почему ты не пользуешься собственной ванной?

— Мне не нравится делить ее с чужими людьми.

Молли не указала на тот очевидный факт, что теперь ему приходится делить ванну с ней. Она завороженно уставилась на его грудь, выглядевшую в мокром виде еще лучше, чем в сухом. И опять взгляд, от которого становится не по себе!

— Где ты раздобыл эту конфету?

— В городе. Но купил только одну.

— Ничего не скажешь, мило.

— Тебе стоило только попросить.

— Откуда я знала, что тебе вздумается покупать конфеты! Бьюсь об заклад, где-то еще припрятана коробочка с помадкой от прелестной фрейлейн.

— Не забудь закрыть за собой дверь, если, конечно, не хочешь раздеться и присоединиться ко мне.

— Большое спасибо, но здесь слишком тесно для двоих.

— Тесно? Не думаю, солнышко.

— Когда ты наконец повзрослеешь?

Повернувшись, Молли хлопнула дверью. В спину полетел смешок. Слайтерин!

Что-то сообразив, она бросилась к маленькой спальне. И точно: на полу стоял его чемодан. Молли вздохнула и прижала пальцы к вискам. Головная боль вернулась с новой силой.

Дафна отложила электрогитару и открыла дверь. За порогом стоял Бенни.

— Нельзя ли мне помыться в твоей ванне, Дафна?

— С чего это вдруг?

Бенни испуганно огляделся.

— Просто так.

Молли налила себе бокал белого савиньона из бутылки, охлаждавшейся в морозилке, и вышла на крыльцо. Черный короткий топ совсем не защищал от вечерней прохлады, но она не стала возвращаться за свитером.

Когда появился Кевин, Молли восседала на диване-качалке. На Кевине были толстые серые носки и шелковый халат в темно-бордовую и черную полоску — именно такой, какой непременно купила бы женщина мужчине, с которым привыкла спать. Молли мгновенно возненавидела этот халат.

— Давай устроим перед отъездом чаепитие в беседке, — предложила она, — и всех пригласим.

— Зачем тебе это?

— Захотелось повеселиться.

— Идея захватывающая.

Он уселся на соседний стул и вытянул ноги. От него пахло мылом «Сейфгард» и чем-то дорогим — должно быть, Сотнями разбитых женских сердец.

— Мне не хотелось бы, чтобы ты оставался здесь, Кевин.

— А вот мне хотелось бы, — буркнул он, глотнув принесенного с собой вина.

— Нельзя ли переночевать в твоем домике, Дафна?

— Думаю, можно. Но зачем тебе это?

— Потому что в моем поселилось привидение.

— Ты не можешь вечно скрываться от Лили, — заметила она.

— Я не скрываюсь. Просто тяну время.

— Я плохо разбираюсь в аннулировании браков, но кажется, твое переселение может все испортить.

— Все уже испорчено, — признался он, — Как объяснил адвокат, брак может быть признан недействительным на основании плохого обращения или неисполнения супружеских обязанностей. Насколько я понял, ты можешь жаловаться на неисполнение супружеских обязанностей. Я, разумеется, не стал бы возражать.

— Но если мы станем жить вместе, это будет трудно доказать.

— Подумаешь, большое дело! Развод займет немного больше времени, но цель все равно будет достигнута.

Молли поднялась с дивана.

— И все же тебе лучше уйти.

— Это мой коттедж.

— А у меня права нанимателя.

Его голос, мягкий, с чувственными нотками, обволакивал ее.

— Я думаю, мое присутствие попросту тебя нервирует.

— Ну да, как же… — Она весьма успешно изобразила зевок.

Кевин, весело улыбнувшись, кивнул в сторону бокала:

— Пьешь? Не боишься, что снова набросишься на меня в ночной тиши?

— Ой, и правда! Как это я? Ну совсем забыла!

— А может, опасаешься моего нападения?

Что-то внутри перевернулось. Но она, продолжая играть роль мисс Хладнокровие, подступила к столу, чтобы смахнуть салфеткой хлебные крошки, оставшиеся от ужина.

— С чего это вдруг? Я тебе ничуть не нравлюсь.

Он выждал с ответом. Ровно столько, чтобы она потеряла самообладание.

— Откуда тебе знать, кто мне нравится, а кто нет?

Сердце Молли сжалось, сделало нечто вроде сальто и, похоже, перестало биться.

— О Господи! А я-то думала, что мой правильный английский окончательно оттолкнет нас друг от друга!

— Ну ты и хитрюга!

— Извини, но я предпочитаю мужчин с большей глубиной натуры.

— Хочешь сказать, что, по твоему мнению, я мелок?

— Как лужа на тротуаре. Но зато ты богат и красив, так что все отлично.

— Я не мелок!

— Давай заполняй пробелы: самое главное в жизни Кевина Такера — это…