— Не знаю, не знаю. Вчерашние босоножки обошлись в кругленькую сумму. Думаю, три дня готовки я уже оплатил.

У нее все переворачивалось внутри, она едва не мурлыкала, и это ей совсем не нравилось.

— Если немедленно не снимешь эту идиотскую футболку, завтра можешь меня на кухне не ждать!

— В жизни не встречал более неблагодарной женщины, — вздохнул Кевин, сдирая футболку. Помедлил, растер руки, снова потянул, поднял повыше, расправил свои великолепные мускулы…

— Штрафной с двадцати ярдов за задержку игры!

— Штрафной назначают с пяти ярдов, — поправил он из-под футболки.

— Только не сегодня!

Он наконец стащил футболку, и Молли выхватила ее у него, прежде чем он успел перебросить ее в другую руку и поднять повыше: игра, в которой автору книжек про кроликов ни за что не устоять против куотербека НФЛ.

— С голым задом…

Его улыбка стала еще шире. Молли сделала вид, что ей все равно, и принялась бороться с футболкой, но мокрый трикотаж скручивался жгутом, а ледяная вода не способствовала ловкости рук. Кевин, разумеется, и не подумал помочь.

— Может, лучше сначала выбраться на берег? — предложил он. — Увидишь, все пойдет как по маслу.

Столь инфантильный юмор не заслуживал ответа. Поэтому Молли брезгливо поморщилась, продолжая неравную битву. Наконец ей удалось натянуть футболку наизнанку, но при этом образовался огромный воздушный пузырь. Она одернула подол и решительно направилась к пляжу, где, к счастью, по-прежнему никого не было.

Кевин остался на месте, жадно глядя вслед Молли. Горло у него перехватило. Молли не сообразила, что тонкая ткань, намокнув, становилась прозрачной. Сначала из воды показалась тонкая талия, потом крутые бедра и длинные стройные ноги. Кевин судорожно сглотнул. Белая футболка облепила попку Молли, словно мокрая сахарная глазурь.

Кевин облизнул губы. Хорошо еще, что вода достаточно холодная, потому что зрелище удаляющейся хрупкой фигурки разожгло в нем неутолимое пламя. Этот круглый задик… темная манящая расщелина между полушариями… а он еще даже не видел ее спереди.

Обстоятельство, которое он намерен изменить во что бы то ни стало.

Не успела Молли и глазом моргнуть, как Кевин в два гигантских шага оказался рядом, рванулся вперед, размахивая руками так энергично, что на спине вздулись бугры мускулов, добрался до берега и обернулся к ней.

Любопытно, что он нашел такого интересного?

Молли отчего-то занервничала. Кевин рассеянно подтянул мокрые, сползшие на бедра джинсы.

— Да… может, и вправду твоя мать была шоу-герл.

Молли опустила глаза, взвизгнула и ринулась к коттеджу.

— Молли! Сзади вид не менее привлекательный! К тому же мы не одни. Сюда идут.

И точно: вдали показались Пирсоны. Поняв, что Кевин не поможет ей благополучно добраться до коттеджа, Молли поспешила в лес. При этом она всячески дергала и вытягивала несчастную футболку, что, к сожалению, не давало особого эффекта.

— Если кто-то бросит тебе рыбу, — крикнул Кевин вслед, — это потому, что ты переваливаешься, как пингвин!

— А если кто-то попросит тебя зареветь, то лишь потому, что ты ведешь себя как осел…

— Оставь любезности на потом, Дафна. Только что привезли новый мусоросборник.

— Не забудь захлопнуть крышку, как только заберешься внутрь, — отрезала Молли и, ускорив шаг, без дальнейших приключений добралась до коттеджа. Очутившись в домике, она прижала руки к горящим щекам и рассмеялась.

Но Кевину было не до смеха. Снова забыв о мусоросборнике, он мрачно уставился па закрытую дверь коттеджа. Так дальше продолжаться не может. Он, женатый человек, не может воспользоваться основным преимуществом брака!

Вопрос в том, что он собирается предпринять в связи с этим.

После купания в озере Молли приняла душ, переоделась и побрела на веранду, где лежали принадлежности для рисования, купленные утром в городе. Давно пора сделать наброски к новой книге.

Но вместо того чтобы устроиться за столом, она уселась на диван и взяла блокнот, в котором вчера запечатлела прыжок Дафны с утеса. Молли долго смотрела в пустоту, прежде чем написать первое слово.

— Миссис Маллард строит летний лагерь на другом конце Соловьиного Леса, — объявила Дафна как-то днем собравшимся на опушке Бенни, Мелиссе, Курице Силии и приятелю Пенни Еноту Корки. — И мы все туда поедем!