Сверху раздался истошный вопль. Юстас замер с куском мяса во рту.

— Меня окружают бездельники и тупицы, — пробормотал он, разжевывая мясо.

Снова раздался крик, он выругался и пошел к лестнице. Остановившись у двери в башню, он вздохнул, помедлив, распахнул ее и, войдя, увидел, что Гай стоит возле стены, раскинув руки, неподвижный и прямой, словно воронье пугало.

Взгляд Юстаса упал на ведьму, и он попятился к двери.

Хотя Шинид и не успела дочитать заклинание, вызывавшее волшебный народец, там ее все равно услышали. И теперь Киара, Галвин, Брайт и Сайра — все были рядом с ее мужем.

Коннал находился между жизнью и смертью. Галвин посмотрел на свою жену и замогильным голосом произнес:

— Боюсь, он не выживет.

— Он должен выжить, иначе она тоже умрет, — вздохнула Киара, коснувшись пылающего лба Коннала.

Монро вошел в комнату, но эльфы и феи не улетали, как делали это раньше. Они смотрели на него с настороженной дерзостью. Монро вздохнул, не особенно, впрочем, удивившись этой встрече, и поставил поднос с едой на стол. Сам он присел возле кровати и осторожно поправил бинты, пропитанные темно-красной кровью.

Следом вошел Наджар.

— Большинство наших живы, Монро.

— Хорошо, а Гейлерон?

— Я похоронил его на склоне холма.

Монро нахмурился. Он успел полюбить Гейлерона и страдал оттого, что смерть его оказалась бессмысленной и бесполезной.

— Почему Брейнор предал нас? Мы обращались с ним как с братом, — удивленно пожал плечами Монро.

— Да, но не как с любимым братом. Некоторые люди хотят того, чего не могут иметь, и считают, что те, кто имеет то, чего нет у них, перед ними в вечном долгу.

— Вы с ним давно друг друга знали?

Наджар слегка отодвинул Монро в сторону, чтобы заняться раной Коннала. Действительно, сколько лет они были вместе: Брейнор, Гейлерон, Наджар и Коннал? Наджар развязал ремни кожаного мешка, в котором хранил инструменты, и, обработав рану, принялся накладывать швы.

— Брейнор не любил делиться своими мыслями. И не любил рассказывать о себе. — Наджар пожал плечами, и его большие руки задвигались с проворством, которого трудно было ожидать от человека таких размеров. — Я знал его много лет и не догадывался о том, что он нам завидует. Но впрочем, это уже не важно.

Феи и эльфы устроились в изголовье Коннала. Наджар хмуро посмотрел на них:

— Вы джинны?

Галвин отрицательно покачал головой. Наджар сделал еще один стежок.

— Разве вы не можете его вылечить? Киара надулась.

— Нет. Принцесса Шинид, может, и смогла бы, но она слишком далеко.

Наджар молча занимался раной Коннала. Он перевернул его на бок и теперь зашивал кожу на талии. Феи вились подле, заслоняя обзор.

— Убирайтесь, вы! Найдите лучше растение, которое заживляет раны. И еще одно, чтобы очистить кровь.

— Он будет жить?

— Господин и не такое переживал. — Положив Коннала на спину, Наджар указал на шрам под ребром на правой стороне. — Видели? А теперь — марш!

Феи испуганно заморгали и в мгновение ока исчезли.

— Человек жаден от природы, но об одном забывает' избытки пищи каждый из нас сблевывает.

Монро потер щеку. Он устал и был зол. Прежде всего на себя. Из-за того, что горстка солдат во главе с предателем Брейнором так легко смогла их одурачить.

— Будь он проклят на том свете! Должно быть, подмешал какой-то дряни в воду. Хорошо хоть, что они просто уснули, а не умерли. Да, и еще мы потеряли немало лошадей.

— Отличный план, — с уважением заметил Наджар.

— Да уж. Мы могли бы предусмотреть и этот случай.

— Не вини себя, Монро. Ты не виноват. И я тоже. Мы ждали беды в Ирландии. Собственно, отчасти мы были правы, подозревая О'Брайана. Но Брейнор обманул всех, даже своего друга. Вот его. — Он перебинтовал рану. — Мы не могли знать, что опасность поджидает нас в этом доме.

— Хорошо, что он мертв, — зло процедил Монро и, вздохнув, добавил: — Пойду поищу Мерфи. Должно быть, она сильно переживает.

— Вели ей приготовить припасы для путешествия.

— Что?

— Мы уедем отсюда. Как только он придет в себя. Он горячий парень. Ждать не захочет.

Монро кивнул. То, как он сам переживал из-за Шинид, никого не касалось. Замужем или нет, она оставалась его подопечной.

— Пойдем, брат, — тихо проговорил Наджар. — И выясним, кто этот черноволосый ублюдок.

— Я знаю, кто он такой, — раздался голосок со стороны двери.

Они оглянулись и увидели Пег. Ее хорошенькое личико почернело от горя. Видно было, что она долго плакала.