Не на кухне, полной молодых женщин, которые едва ли стали бы тратить свое время на бесплодные размышления о смысле бытия.

И не в конюшне, так как брат Харрик, по его собственным словам, не ездил верхом.

Не было его и на дворе, где Томас и Бертольд сразу заметили бы высокую фигуру монаха с любого расстояния.

Его не было даже в его собственной комнате, маленькой и совершенно пустой, по словам Томаса, который зашел туда, чтобы удостовериться, что там действительно никого нет.

Она нашла Харрика в детской, к своему удивлению, так как не собиралась его там искать, а забрела туда случайно, поскольку комната эта находилась недалеко от комнаты самого монаха. Когда Кайла со своими телохранителями проходила мимо, из-за двери детской раздался глубокий, спокойный голос, который нельзя было спутать ни с чьим другим.

Кайла остановилась в нерешительности в коридоре, не зная, может ли она врываться к ним и мешать их занятиям. Но Бертольд решил это проблему, просто открыв для нее дверь.

Харрик сидел в середине круга, образованного детьми, с расставленными широко в стороны руками и растопыренными пальцами.

– … с крыльями, больше, чем ширина этой комнаты, с глазами, горящими огнем, и с ниткой жемчуга, украшавшей его бороду.

Дети, затаив дыхание, смотрели на его распростертые в стороны руки, которыми он начал махать, как крыльями.

– А что было дальше? – закричал самый маленький мальчик.

Харрик увидел Кайлу. Мгновенно крылья дракона опустились, превратившись снова в человеческие руки. Дети издали дружный вздох сожаления.

– Мы закончим историю завтра. Святой Георг может и подождать.

Раздались громкие крики протеста, когда Харрик поднялся на ноги и осторожно двинулся к Кайле, окруженный обступившими его детьми.

– Завтра, – внушительно повторил он, и, словно по волшебству, все крики смолкли, и дети разбежались по разным углам комнаты, тут же занявшись своими делами. Лишь несколько малышей подошли к Кайле вместе с Элисией, которая снова казалась самой обычной маленькой девочкой. Некоторые дети просто молча стояли в стороне, с благоговейным страхом взирая на огромные фигуры Томаса и Бертольда.

– Здравствуй, тетя, – сказала Элисия, потянув Кайлу за юбку обеими руками. – Тебе сегодня уже лучше?

Кайла наклонилась и коснулась пальцами детской щеки, гладкой и нежной.

– Да, спасибо, – ответила она.

– Это хорошо. – Элисия быстро обняла Кайлу и прижалась к ней на мгновение. А затем отошла, уводя за собой других детей.

Женщины, приглядывавшие за детьми, поспешили всех успокоить. В комнате и в самом деле стало потише, так что можно было слышать ветер, завывающий в трубах и бьющийся о закрытые ставни детской, расположенной в высокой башне. Дети и взрослые выжидательно смотрели на Кайлу.

– Может, выйдем куда-нибудь отсюда? – спросил Харрик.

Кайла кивнула.

Во дворе замка, окруженном со всех сторон стенами, ветер почти не ощущался. Пока они шли, Харрик молчал, а Кайла раздумывала над тем, как приступить к тому, о чем она собиралась с ним поговорить. Они вышли за главные ворота, и, к ее удивлению, никто из ее стражников не возразил против такого явного нарушения строжайшего распоряжений Роланда. Они, как всегда, расположились по бокам, но Томас предоставил Харрику особую привилегию – идти рядом с Кайлой, сам же пошел чуть сзади.

Харрик сначала повел их всех по дороге, ведущей к причалу, на который они высадились в первый день ее прибытия на остров. Но затем они свернули на едва проторенную тропку среди зарослей папоротника, которая вела к некому подобию естественного шатра, образованного стволами и кронами деревьев, растущих почти правильным кругом на расстоянии четырех футов одно от другого.

Харрик улыбнулся, заметив, с каким изумлением Кайла смотрела вверх, на этот зеленый шатер, образованный переплетенными ветвями, сквозь которые проглядывало серое небо.

– Необычно, не правда ли? Я обнаружил это место несколько лет назад, во время одной из моих прогулок по острову. – Он обернулся к телохранителям: – Пожалуйста, оставьте нас ненадолго одних. Нам с графиней нужно побеседовать. Подождите за пределами поляны.

Кайла ожидала, что стражи будут резко протестовать и вместо того, чтобы уйти, лишь еще теснее окружат ее, заподозрив неладное. Но, к ее изумлению, оба мужчины только кивнули и отступили назад, скрывшись за стеной кустарников.

– Ну, и как поживает ваш муж, миледи? – спросил Харрик, глядя на нее с высоты своего немалого роста. Он сложил руки жестом, говорящим о полной его безмятежности.