– Будь дело только в этом, я бы не беспокоился.

На кухне их приветствовал многоголосый гомон.

– Малдун перепугал Китти! – крикнул Мэтти, как только они появились на пороге.

– Вернись в постель! – крикнула Клео, очень похожая на измученную мать и ничем не напоминавшая хладнокровную преступницу. – Вернись, тебе говорят!

– Дурак я, что согласился дергать за шторы! – крикнул разъяренный Стивен, прижимая мокрое полотенце к исцарапанной руке. – Проклятое животное слезет само, когда сочтет нужным!

– Папа, он говорил плохие слова! – крикнула Констанс. – Алексу стошнило прямо на белый ковер!

Аксель начал считать до тридцати, уговаривая себя, что им еще повезло, раз у дома не расставлен полицейский кордон и не снуют пожарные. Взгляд его упал на сияющее, полное ожидания лицо Майи. Правильно, подумал он, забывая все остальное. Вот оно, главное. Месяцами он жил без секса, наконец-то нашел отдушину и еще не насытился. Можно сдвинуть и Великую Китайскую стену, было бы желание. А желание есть, еще какое. К тому же он должен исправить впечатление. В первый раз он вел себя грубо, резко, ничего не продумал и действовал сгоряча. Бог знает, что Майя о нем думает, а между тем он не таков.

– Констанс, в постель! Мэтти, забирай Малдуна и шагом марш в свою комнату! – Аксель обвел остальных взглядом, предназначенным для укрощения буйных клиентов в баре. – Вы двое, вон отсюда! Час посещений в психушке давно истек!

Когда вся четверка была за порогом, он спохватился, что так и не спросил, где же несчастная няня.

– Ты снова увидишься с мамой завтра после садика, – заверила Майя, за руку уводя заплаканного племянника в постель.

Как оказалось, в столь позднее время такси в пригород могло прийти только через полчаса. Аксель, не расположенный к ожиданию, уволок Стивена и Клео от телевизора, где они вознамерились расположиться, затолкал в машину и повез туда, где с такси проблем не было. Майя осталась с детьми.

– Я не хочу в садик, – угрюмо ответствовал Мэтти.

Ну отлично, просто великолепно. Милый, послушный племянник тоже ополчился против нее. Иногда Майя спрашивала себя, на каком из перекрестков жизни повернула не в ту сторону, нельзя ли этот перекресток вычислить и исправить ошибку.

– А как же мистер Свин? Он будет скучать, – сказала она строго. – И как же Пегги и Билли? – На данный момент это были лучшие друзья ее племянника. – Ты всегда играешь с ними в прятки. – Она запечатлела на детском лбу поцелуй. – А теперь спать!

За прошедшую неделю мальчик провел в своей новой комнате несколько ночей, но внутренний голос подсказывал, что на этот раз номер не пройдет. Что ж, ладно. Майя заглянула к Констанс, где не без интереса выслушала отчет о прошедшем вечере. Бедняжка Дороти неплохо справлялась, но по семейным обстоятельствам ей пришлось покинуть честную компанию, что она и сделала после многословных заверений взрослых, что все будет в полном порядке. Так называемых взрослых. Впрочем, трудно было ее винить, ведь внешне Стивен и Клео выглядели зрелыми людьми, вполне способными присмотреть за двумя детьми и парой кошек.

– Ничего, шоколадная моя, на ошибках учатся. Теперь ты знаешь, что грудных детей не подбрасывают сразу после кормления.

– Мистер Джеймс ужасно ругался, потому что на него тоже попало, – сказала Констанс, хихикнув. – Мама Мэтти тоже ругалась на него за плохие слова. Что значит «положить на все это с прибором»?

– Это значит, что папа Алексы очень рассердился, – объяснила Майя, борясь с желанием истерически расхохотаться. – Спи! С ковром я разберусь.

Пока она обходила всех трех детей по очереди, Аксель успел вернуться и снять кошку с карниза для штор.

– Здесь больше подойдет кафельная плитка, – сказал он, с неудовольствием озирая большое, интересной формы пятно на ковре. – И набор пакетов.

– Пакетов? – удивилась Майя.

– Ну да, как в самолете.

Больше Аксель не сказал ни слова, просто стоял и смотрел на Майю. Она все еще была в вечернем платье и скоро покрылась мурашками там, куда был направлен его взгляд. Было чудесно и не так уж сложно заниматься любовью в кромешной тьме, но как это будет при свете, в нормальной постели? Майя не вполне понимала смысл словосочетания «супружеские обязанности», однако оно логически следовало за «брачным обетом» и «супружеской постелью». От него бросало в дрожь. Руины здания – это из ее репертуара, а вот солидная постель с дорогим бельем и настольной лампой в изголовье – уже нет. Однако приятно было вспомнить, как ее благопристойный супруг совершенно утратил контроль над собой.

– Ко мне или к тебе? – осведомился Аксель, когда его многозначительное молчание не вызвало никакой реакции.

– Мэтти придет ко мне среди ночи, – возразила Майя, накручивая на палец какую-то нитку. – Алекса часто просыпается. У Констанс бывают кошмары.

– Значит, к тебе, – рассудил он, взял ее за руку и повел в нужном направлении. – Мэтти самое время научиться стучать.

Майя с трудом глотнула. Почему она все так усложняет? Разве это первый мужчина, с которым она ложится в постель? Не то чтобы их было много: она никогда не была помешана на сексе, да и времени для него не всегда хватало. Разве что-нибудь изменилось? Аксель – всего лишь очередной партнер. Самонадеянная Дева с тайными страстями Скорпиона.