– Значит, Лили не твоя жена, – сказал герцог Анбери, когда Невиль замолчал. – Ты никогда не был женат на ней.

– Ну и ну! – в ужасе воскликнул Хэл.

– Значит, Лили вовсе не графиня Килбурн. – Тетя Мэри сокрушенно покачала головой. – Теперь меня не удивляет, что у нее, бедняжки, мигрень. Клара, титул остался за вами.

Все сидевшие за столом говорили одновременно, кроме графини, молча смотревшей на сына, Джозефа, строго нахмурившего брови, и Лорен, уставившейся на стол.

– Но, Невиль, – Элизабет заговорила, и все сразу замолчали. – Я уверена, что ты, соблюдая все формальности, снова женишься на Лили, ведь так?

Все взгляды обратились к Невилю. Он попытался улыбнуться, но не смог.

– Она не хочет, – сказал он. – Лили мне отказала и не изменит своего решения.

– Что? – не выдержала графиня.

– Я предлагал уехать с ней завтра утром в Лондон, мама, – сказал Невиль. – Мы бы там тихо поженились по специальной лицензии, и никто, кроме нас двоих, ничего бы не узнал. Но Лили не хочет этого делать. Она не выйдет за меня замуж.

Неожиданно Элизабет улыбнулась и откинулась на спинку стула.

– Нет, она не выйдет, – сказала она больше себе, чем остальным.

Именно Гвендолайн озвучила то, о Чем подумали все:

– Но это же чудесно! – воскликнула она, улыбаясь брату. – Теперь вы с Лорен можете пожениться, Нев. Вы можете назначить новый день свадьбы. Свадьба летом гораздо лучше, чем весной. У тебя будут в руках розы, Лорен.

Невиль крепко сжал в руке ложку. Он набрал в легкие побольше воздуха, чтобы ответить, но Лорен опередила его.

– Нет, – покачала она головой. – Нет, Гвен. Последние девять дней не могут быть вычеркнуты из жизни, словно их не существовало. Ничего нельзя изменить. Прошлого не вернуть. – Она посмотрела на Невиля. – Правда, Невиль?

Невиль не знал, хотела ли она, чтобы он подтвердил ее слова или начал горячо спорить. Он решил быть с ней честным и покачал головой.

– Правда в том, – сказал он, – что я дал клятву Лили на всю жизнь, и честь не позволяет мне нарушать ее. Какое значение имеет то, что у нее нет легального подтверждения? Мне это и не нужно. Я считаю и всегда буду считать Лили своей женой.

Лорен опустила глаза. По ее виду нельзя было понять, удовлетворена она или разочарована. Никто никогда не мог понять, что она в действительности «чувствует. На первом месте у нее всегда было чувство собственного достоинства. И сейчас Лорен держалась с достоинством. Она была бледной и прекрасной. Невилю было искренне жаль ее. Ему хотелось освободить ее от той боли, которую она, должно быть, испытывала. Но к сожалению, здесь он был беспомощен.

– Это же абсурд, Невиль, – твердо заявила его мать. – Ты что, против государства? Против церкви? Если церковь считает, что вы не женаты, то так оно и есть. Твоя обязанность жениться на леди равного твоему положения, которая родит тебе наследника.

Лили не была леди; она не была одного с ним положения и, по ее собственным словам, не могла родить ему наследника. Но Лили была его женой.

– Вся эта история длилась всего девять дней, – сказал герцог. – Светскому обществу она, конечно, даст пищу для разговоров. Как только разразится новый скандал или появится какая-то другая сенсация, все сразу обо всем забудут. Твоя мать права, Невиль. Тебе надо поскорее вернуться к прежнему образу жизни. Женись на равной тебе. Не хочу ничего плохого сказать о Лили, но...

– Тогда и не говорите, дядя Вебстер, – тихо, но твердо сказал Невиль, отчего тот почувствовал себя неловко и покраснел. – Если у кого-нибудь возникнет желание нелестно ^отзываться о Лили, прошу иметь в виду, что я буду защищать ее честь всеми доступными мне способами и до тех пор, пока весь мир не признает ее моей женой.

– Ну и ну, – сказал Ричард Уоллстон. – Браво, Нев.

– Попридержи язык, – резко оборвал его отец.

– Страсти накаляются. – Элизабет заговорила о „том, что не переставало терзать Невиля с тех пор, как он расстался с Лили в библиотеке. – Что будет с Лили, Невиль? Что она будет делать? Насколько мне известно, у нее нет близких и она никого не знает в Англии.

– Она хочет поехать в Лондон искать работу. Мне становится страшно от одной этой мысли. Я постараюсь решить этот вопрос и определить ее в чей-нибудь приличный дом. Но боюсь, что Лили не согласится. Она ведь очень гордая и упрямая.

В глазах Гвендолайн заблестели слезы.

– Мне так стыдно, – призналась она. – Моей первой мыслью было, что мы опять можем быть счастливы... Лорен, Нев и я. Я даже не поинтересовалась, что будет с Лили. Мне бы хотелось... Да, мне бы хотелось, чтобы она никогда не входила в нашу жизнь. Но она здесь, и я, сама того не желая, привязалась к ней. А она не убежит, Нев?

– Она дала мне слово.

– Невиль, – сказала Элизабет, – возможно, я смогу что-нибудь для нее сделать. У меня в Лондоне есть связи, и Лили мне очень нравится, хотя она и разрушила счастье нашей бедной Лорен. Ты позволишь мне поговорить с ней?

– Я хочу этого, Элизабет, – ответил Невиль. – Возможно, вы сможете убедить ее переменить свое решение. Может, она все-таки выйдет за меня замуж? .

– Ничего не надо делать в спешке, Невиль, – посоветовал герцог. – Тебе выпал еще один шанс выбрать себе достойную графиню. Ты поступил бы мудро, если бы как следует подумал, а не руководствовался просто эмоциями.