– Купались? – Глаза Долли расширились от ужаса. – В это время? В мае? Выи его светлость? Я всегда считала его... – Вспомнив, о ком она говорит, Долли отвернулась, чтобы взять одежду для своей хозяйки.

– Разумным? – Лили снова рассмеялась. – Возможно, таким он и был, пока я не испортила его. Мы вместе плавали в озере вчера вечером и сегодня утром. Это было необыкновенно. – Она позволила Долли надеть на Себя платье и повернулась к ней спиной, чтобы та могла застегнуть пуговицы. – Теперь я буду купаться каждый день. Как вы думаете, что скажет вдовствующая графиня?

Долли встретилась взглядом с Лили в зеркале, перед которым та сидела в ожидании прически, и обе весело рассмеялись.

Долли поднесла гребень к волосам хозяйки, раздумывая, с какого боку начать, но тут ей в голову пришла неожиданная мысль.

– Тогда почему ваше белье, сухое, миледи? – спросила она.

Но, задав вопрос, она тут же сама нашла на него ответ и густо покраснела. И они снова начали смеяться.

– Хочу заметить, – начала она, приступая к расчесыванию волос, – вам ужасно повезло, что вас никто не видел.

Лили была полна решимости провести день так же весело, как он начался. После завтрака, когда все леди, как обычно, ушли в гостиную писать письма, разговаривать или вышивать, она спустилась на кухню и стала помогать месить тесто и чистить овощи, развлекая слуг веселыми рассказами. Те уже привыкли к ее посещениям и ни капли не смущались. Иногда кухарка даже покрикивала на нее:

– Вы когда-нибудь очистите морковку? Вы больше работаете языком, чем занимаетесь делом.

Но тут же, как и все на кухне, вспоминала, с кем имеет дело, и в ужасе застывала. Но Лили этого не замечала.

– Вы совершенно правы, миссис. Локхарт. Я не скажу больше ни слова, пока не очищу всю морковку.

Но через несколько минут она забывала о своем обещании и снова весело болтала.

Покончив с морковкой, Лили долго пила чай с ломтем свежевыпеченного хлеба, затем неохотно поднялась наверх. Но ее лицо снова просветлело, когда свекровь предложила ей поехать после ленча с визитами в деревню, а заодно доставить пару корзин с провизией; одну – старику, который был прикован к постели, а вторую – жене рыбака, недавно родившей.

Но когда они сидели в гостиной миссис Тейлор и пили чай, выяснилось, что это просто так называлось «доставить корзины». Кучер спускался с холма в нижнюю деревню и сам доставлял корзины по назначению.

– О нет! – воскликнула Лили, вскакивая с места. – Я сама хочу сделать это.

– Моя дорогая, леди Килбурн, – сказала мисс Амелия, – вы очень добры, но холм слишком скользкий и по нему трудно спуститься в карете.

– Я пойду пешком, – с ослепительной улыбкой ответила Лили.

Она не была в Лоур-Ньюбери с того самого дня, когда спустилась туда с гор, и ей не хотелось упустить шанс побывать там еще раз.

– Лили, моя дорогая. – Вдовствующая графиня улыбнулась ей и покачала головой. – Вам не обязательно делать это самой. Никто не ждет от вас этого.

– Но мне хочется пойти туда, – настаивала Лили.

Когда несколько минут спустя они покинули дом миссис Тейлор, вдовствующая графиня отправилась навестить викария, а Лили стала осторожно спускаться по скользкому холму с большой корзиной в руке. Кучер, который нес вторую корзину, настаивал на том, чтобы нести обе, но Лили ему в этом отказала. Она также не позволила ему идти на два шага позади нее. Она шла с ним рядом и расспрашивала его о семье. Год назад он женился на одной из горничных, и сейчас у них родился сын.

Миссис Гиш, которая недавно дала жизнь седьмому ребенку после трудных и продолжительных родов, с трудом содержала дом и большую семью в чистоте, полагаясь на помощь престарелой соседки. Лили немедленно приступила к работе: подмела комнату, собрала грязные тарелки со стола, вымыла всю посуду и даже перепеленала ребенка.

Старику Хоуеллсу, сидевшему на скамейке перед домом своего внука, очень хотелось рассказать Лили о днях, проведенных в море, когда хорошо ловилась рыба и ее было много. Он сообщил заинтересованной Лили, что они часто занимались контрабандой.

– Как сейчас помню... – начал он.

– Миледи, – сказал кучер, предварительно прочистив горло, – ее светлость прислала за вами слугу от викария.

– Царица небесная, защити меня! – воскликнула Лили, вскакивая с места. – Она же ждет меня, чтобы вернуться домой.

Вдовствующая графиня действительно ждала ее, и ждала уже без малого два часа. В присутствии викария и его жены она была сама любезно ть. Так же любезно она вела себя и в карете по дороге домой.

– Лили, моя дорогая, – сказала она, дотрагиваясь затянутой в перчатку рукой до плеча невестки, – это очень хорошо, что вы так заботитесь об арендаторах Невиля. Ваши улыбки и разговоры с ними располагают их к вам. Где бы вы ни появились, все сразу становятся вашими друзьями. Мы все больше привязываемся к вам.