— Хочу еще вот что сказать, — Снайперша выудила из-под пропитанной потом майки цепочку и на ней — значок «Глобал-ньюз». — Меня пригласили в портал. Андестендишь?

— Конечно.

— Ни хрена ты не андестендишь. Я беру первой интервью у команданте, и при этом ни ты, ни твой дружок Ланьер не смейте мне поперек дороги становиться. Ферштейн?

— Я же сказала — ясно.

— Впрочем, вы мне теперь со своей «Дельтой» не конкуренты. Вы закрыты.

— Временно. Технический сбой. Через два дня откроемся! — соврала Алена.

— Что-то мне не верится, будто проблема у вас в одной технике. Все знают: вас прикончили стражи.

— Ну надо же! Ты мне открыла глаза! А то я никак не могла догадаться, почему «Дельту» выкинули из сети! — возмутилась беспардонностью Снайперши Алёна.

— Ладно, не злись. Подадите в суд, вас тут же откроют. Если бабок хватит запустить все программы снова. Послушай, тебя могут не пропустить на виллу. Я дам тебе значок «Глобал». Хочешь?

Не дожидаясь ответа, Снайперша достала значок и повесила его на шею Алены.

— Ну вот — теперь тебе все дороги открыты. У меня тут двухместный мобиль — подкину на виллу с ветерком.

— Послушай, тебе что-то нужно от меня? Что-то взамен? Ведь так?

— Абсолютно ничего. Ланьер просил тебя встретить. Я не могла отказать собрату-портальщику. Он такой милашка!

«Она врет, — решила Алена. — И я пока не знаю, что ей нужно. К тому же на вилле скорее всего не Виктор, а Поль».

— Что ж мы стоим, поехали! — сказала она вслух.

Через минуту двухместный мобиль, отчаянно сигналя, лавировал в толпе.

— Что ты думаешь о команданте? — спросила Снайперша.

Алена ничего о команданте не думала. Все ее мысли были заняты другим человеком.

— Он всего лишь не повзрослевший ребенок, — повторила она когда-то слышанное от Виктора Ланьера. Господи, она же все время попугайничала, твердила какие-то слова Виктора и только теперь поняла, как это ее угнетало.

— У этого ребенка слишком много поклонников и последователей. Не находишь? — Сущинская окинула взглядом ряды палаток на территории кемпинга.

— Команданте — отправляющий.

— Что?

— Команданте — отправляющий. Видишь ли, он тот, кто может отправить других в дорогу. И создать эту дорогу, не дорогу саму по себе... а путь... понимаешь? — Алена смутилась. Опять же это были слова Виктора. Когда он говорил, у него получалось красиво и складно. Алена, повторяя подобные фразы, непременно путалась и смущалась. Слишком это казалось ей возвышенным и сложным. А потому — фальшивым. — Я имею в виду, что он один из тех нищих духом, которым открывается царство небесное...

— Команданте — нищий духом? Это забавно! — Сущинская рассмеялась. — Кстати, я совсем забыла: сними браслет!

— Зачем? — не поняла Алена.

— Скорее сними коммик. Участники марша не носят комбраслеты. Или ты этого не знаешь?

Алена сдернула браслет с руки и спрятала в рюкзачок.

— А камера? Они позволяют себя снимать?

— Конечно! — Снайперша улыбнулся. — Зачем же иначе марш, если никто не будет видачить? Они уверяют себя, что все семь с половиной миллиардов жителей Земли смотрят с утра до вечера, как они лопают галеты, пьют вино и пиво и посещают временные туалеты.

Охранники, едва увидев значки «Глобал», тут же пропустили портальщиц во двор.

— Девочки, меня обязательно снимите крупным планом! — попросил Мигель и похлопал ладонью по своему объемистому животу.

Двор на вилле команданте уже был забит людьми. К тому же повсюду стояли тележки, ящики, открытые платформы, украшенные плакатами. Грудами высились упаковки бутылок с водой и коробки с печеньем. Суета, гам, крики — у Алены тут же разболелась голова. Марш должен был начаться на следующий день. Алена протискивалась среди незнакомых людей, не зная, к кому обратиться. К счастью, Снайперша была рядом — она все время с кем-то здоровалась.

— Итак, запомни! — Сущинская вновь вцепилась Алене в локоть мертвой хваткой. — Ланьер — твой. А команданте — мой. Дорожки не перебегать. Иначе убью! Эй, Гаррик! И ты здесь! — Снайперша тут же кинулась обниматься с каким-то длинноволосым парнем. — С ума сойти! Как наш шарик тесен! Куда бы ни пришел — везде одни и те же рожи!

Алене захотелось пить, она протиснулась к одному из штабелей пластиковых бутылок. Однако самим не позволялось брать продукты — воду и печенье раздавала девчонка лет семнадцати. Одетая, как все, то есть в шорты и майку, она носила еще бандану со знаками Тутмоса — ступенчатой пирамидой и звездами. К своему удивлению Алена узнала в ней внучку рена — Женю Сироткину. Б самом деле, тесноват наш шарик.