Лишь Тесей, скромно присутствующий в этой довольно разношерстной толпе, казался со стороны совершенно растерянным и решительно не въезжающим в происходящее.

И вот именно на него, в конечном счете, Перифет и решил напасть, посчитав юношу самым слабым звеном.

Вскинув железную палицу, великан неожиданно пошел на будущего великого героя Афин. Тесей же не растерялся, выхватил меч и… палица с грохотом выпала из огромных рук Перифета. Великан схватился за живот и, указывая пальцем на серповидный меч юноши, оглушительно загоготал.

Прочие герои также с интересом посмотрели на оружие Тесея, торжественно поднятое над его головой.

Взрыв дружного героического хохота, пожалуй, заглушил даже те звуки, которые громогласно издавал трясущийся, словно эпилептик, Перифет.

Ничуть не обидевшись, Тесей с удовлетворением наблюдал за тем, как великан медленно пятится к краю обрыва, оступается и, нелепо взмахивая руками, с воем летит вниз.

Героический смех тут же как отрезало, и славные мужи Греции, отталкивая друг друга, бросились к краю чудовищной бездны.

Перифет по-прежнему был там, медленно опускаясь на дно черной пропасти. За спиной великана было развернуто странное, удивительное устройство, больше всего напоминающее полукруглый купол храма Аполлона в Дельфах.

Перифет гневно грозил смотрящим сверху на него героям огромным волосатым кулаком, пока окончательно не скрылся в поглотившей его тьме.

— Ну, Тесей, ты даешь… — хрипло произнес Автолик, и прочие эллины поглядели на сына царя Афин с большим уважением.

— И мне, что ли, свой меч в бараний рог согнуть? — задумчиво пробормотал Дентос, шевеля кустистыми античными бровями.

Так знаменитый Тесей совершил свой самый первый героический подвиг. (Что ж, весьма недурственно, хотя я, конечно, предпочел бы сразиться с Перифетом, скажем, на… вениках. Совсем не больно, но зато очень обидно, когда пропускаешь удар соперника.)

Разумеется, не обошлось без всеобщей пьянки.

Все двадцать славных героев посчитали своим долгом как следует отметить первый подвиг их нового друга.

Хорошенько погулять великие мужи Греции решили в городе Эпидавре, что располагался неподалеку от того места, где блистательный Тесей поверг ужасного Перифета.

— Наверное, это можно сравнить с первой брачной ночью, — вовсю разглагольствовал Автолик, дружески похлопывая смущенного Тесея по спине. — Я сам отлично помню то чувство, чувство причастности к чему-то великому, причастности к бессмертной истории! О да, именно это я и испытывал, небывалый подъем и гордость, когда совершил, как и ты, свой самый первый подвиг…

Возбужденные, размахивающие могучими руками герои солидной толпой весело спускались по пыльной дороге к располагавшемуся в живописной низине городу.

— Да был я однажды в этом Эпидавре, — громко вещал бритоголовый Эритрон. — Вино дрянь, но бабы… что надо!

— Сейчас проверим, — беззаботно рассмеялся Дентос — Знаете, друзья, я что-то здорово проголодался.

— И я, и я!.. — хором подхватили прочие греки.

— А у кого-нибудь есть с собой золото? — с ухмылкой поинтересовался Автолик.

Беззаботный смех мгновенно утих. Ответом ему было угрюмое молчание.

— У меня есть золото! — улыбнувшись, сообщил Тесей. — Я победил великана, и именно я с удовольствием оплачу предстоящее веселье.

— Э… нет… — покачал головой сын Гермеса. — Об этом не может быть и речи.

— Но почему я не могу доставить вам радость за свой счет?

— Потому что для жителей Эпидавра огромная честь кормить и поить великих греческих героев! — ответил за Автолика Дентос. — Хотел бы я посмотреть на того, кто заставит нас платить за еду и питье. Прочие герои, снова повеселев, оглушительно рассмеялись.

— Интересно… — пробормотал Тесей, решив поглядеть на такое чудо.

Да чтобы в Аттике кто-то кого-то бесплатно кормил-поил? Впрочем, кто его знает.

Что ж, Тесею же лучше: и золото прибережет, и живот набьет. Хитрый дед наверняка бы только похвалил подобное начинание.

Однако не так-то все было просто.

Когда весело галдящая толпа героев с шутками да прибаутками приблизилась к Эпидавру, оказалось, что высокие ворота въезда в город наглухо закрыты.