Она лежала лицом к двери ванной, когда на пороге появился Терье. Он шел к ее постели такой раскованный в своей мужской наготе, что пульс у Кирстен снова бешено забился. Нырнув под простыню, Терье, прежде чем повернуть ее спиной к себе, нежно поцеловал ее в губы и крепко прижал, обхватив рукой груди.

— Спи, — ласково произнес он.

Судя по дыханию, он заснул почти мгновенно. Интимность объятия окутала ее счастливым покоем, она еще немного полежала и тоже погрузилась в сон.

Первым уснув, Терье первым и проснулся. Когда Кирстен открыла глаза, он уже встал и оделся.

Так могло бы быть после свадьбы, подумала она, сквозь опущенные ресницы наблюдая, как он ходит по комнате. Если бы можно было взмахнуть волшебной палочкой и сделать это реальностью!

Словно почувствовав ее взгляд, он подошел к кровати и, сияя ослепительной улыбкой, посмотрел на нее.

— Ты спала как младенец, — сказал он. — У меня не хватило духа разбудить тебя раньше. — Он нагнулся и поцеловал ее в кончик носа. И в этом поцелуе было столько нежности, что у нее потеплело на сердце. — Встретимся позже.

И только в этот момент она поняла, что сегодня понедельник и он должен быть в офисе. И не только сегодня, но и все оставшиеся дни до пятницы. Значит, время, которое они проведут вместе, измеряется часами.

Чисто интуитивно она протянула руки и обняла его за шею, чтобы подольше удержать для ответного поцелуя. Его ответ был мгновенный и благодарный.

Но на сей раз он не позволил ситуации выйти из-под контроля.

— Я должен идти, — с сожалением произнес он. — У меня очень напряженный день. — Он убрал с ее щеки выбившийся каштановый локон. — Я оставлю тебе мою машину. Только помни, что у нас правостороннее движение.

Когда Терье вышел, Кирстен встала и решила сосредоточиться на том приятном впечатлении, что ждет ее впереди. Еще так много мест, которых она не видела. К примеру, Тролльхауген. Так удобно, что Терье предложил ей воспользоваться машиной. Очевидно, он не сомневается, что у нее есть водительское удостоверение. Слава Богу, что машина с автоматическим переключением скоростей. Достаточно того, что Кирстен придется ездить не по привычной стороне дороги. По крайней мере ей не надо будет думать о рычаге скоростей под правой рукой.

Но пока самое первое и самое главное — перебраться в свою комнату. Не дело, если Берта найдет ее здесь. Пижама и халат, аккуратно сложенные, висели на спинке стула. Кирстен оделась и подошла к двери и, прежде чем выйти, чуть-чуть приоткрыла ее и выглянула в коридор. При малейшем звуке можно моментально нырнуть обратно.

Напротив — спальня Руне, но он, конечно, спит в такой ранний час, успокоила она себя. И даже если проснулся, то решит, что это вышел Терье. Ее поведение как гостя дома оставляло желать много лучшего, печально упрекнула себя Кирстен. Да и Лейф вряд ли одобрит создавшееся положение. Кто бы решился бросить в него за это камень?

И все равно она знала, что не сможет отказаться, если представится возможность быть с Терье в оставшееся до отъезда время.

Когда Кирстен спустилась вниз, отец и сын уже уехали. Берта принесла свежий кофе и тотчас же вышла — Кирстен даже не успела извиниться за свое опоздание. Вот еще один человек, подумала она, который обрадуется, когда в пятницу незваный гость покинет дом.

Она вышла из дому в десять, а Руне еще не появлялся. В понедельник стало значительно холоднее, было похоже, что собирается дождь. Облака затянули небо до самого горизонта. Кирстен без труда нашла Тролльхауген, но к этому времени его уже заполнили туристы. В очаровательном старинном доме с заботливо сохраненными вещами было слишком много любопытного для беглого взгляда.

В церкви Фантофт тоже было много туристов, но Кирстен удалось, стоя позади здания, похожего на пагоду, полюбоваться его симметрией. Казалось почти невероятным, что церковь, целиком построенная из дерева, прожила восемь столетий и сохранилась без каких-либо видимых изъянов.

Мимо прошла пара, нежно обнимавшая друг друга за плечи, и Кирстен еще больше захотелось, чтобы Терье был в этой красивой церкви рядом с ней. Если бы он попросил ее остаться и не уезжать в пятницу, Кирстен знала — она бы согласилась. Но она очень сомневалась, что он попросит.

Из-за празднования дня летнего солнцестояния парковка в Бергене превратилась в почти неразрешимую проблему. Наконец Кирстен удалось найти место в одной из боковых улиц, и она пошла пешком по Страндгатен, чтобы заглянуть в магазины. Изучая таблички с ценами, прикрепленные к туфлям, выставленным в витринах, и мысленно быстро переводя кроны в фунты, Кирстен обнаружила, что цены здесь астрономические. Сорок восемь фунтов за простые черные лодочки — такую покупку она бы никогда не посчитала разумной! Но, видимо, цены кусаются только для иностранцев. Доходы норвежцев, вероятно, позволяют платить такие деньги за пару туфель.