Она старалась вернуть себе хладнокровие.

– Благодарю вас за снисходительность к Джонни, сэр, – сказала Клара. Голос ее дрогнул. – Я понимаю, что из-за него вы получили неверное представление о моих детях, но уверяю вас, они не все такие.

Мужчина поднял на нее глаза, в них снова были холод и недоверие.

– Хотите сказать, что они не так глупы, чтобы попасться? Этот капитан, может быть, и красив, но манеры у него, как у Чудовища из ее любимой сказки мадам Лепренс де Бомон «Красавица и Чудовище».

– Хочу сказать, что они стараются не делать ничего дурного.

Он удивленно вскинул брови.

– Они всего лишь дети. И им свойственно ошибаться.

– Пусть занимаются чем хотят, только не приближаются к моей лавке.

Клара рассердилась:

– Если вы опасаетесь, что они вас обворуют...

– Опасаюсь, что в этом случае им несдобровать.

– Они не будут. – Клара выдавила из себя улыбку, настроившись на дружелюбный лад. – Уверена, что жители Спитлфилдза найдут в нас добрых соседей.

Хмурясь, он смотрел в конец переулка, где стоял Сэмюел, носовым платком начищавший латунные пуговицы своей черно-желтой ливреи.

– Скажите, мадам, вы часто бываете в этом месте?

– Каждый день.

– Ваш отец или муж, или другой мужчина, который несет за вас ответственность, не возражает?

Она разозлилась:

– Прошу прощения, но я сама в состоянии позаботиться о себе, мне не нужен мужчина, который бы «нес за меня ответственность».

– В самом деле? – Он кивнул в конец переулка. – Почему тогда тот беспомощный олух торчит там на страже?

Слава Богу, Сэмюел стоял слишком далеко, чтобы расслышать оскорбительные слова.

– Сэмюел – мой лакей. Он повсюду сопровождает меня из соображений приличия. И он не беспомощный олух.

– Именно олух, если думает, что сможет что-то сделать, находясь в нескольких ярдах от вас.

– Я приказала ему стоять там. Поскольку у меня нет никаких причин для опасений.

Он шагнул ближе, его взгляд скользнул по ее губам, задержался на груди, затем их глаза встретились.

– Тогда вы не умнее его.

Клара покраснела. Плотное шерстяное платье закрывало ее от шеи до щиколоток, но, казалось, взглядом он раздел ее. Вдруг ей представилось, как этот большой, сильный мужчина срывает с нее одежду, и тревожное возбуждение охватило ее.

Она изо всех сил старалась не дать ему взять верх над собой.

– Вы всегда такой грубый?

– А вы всегда так легкомысленно относитесь к собственной безопасности?

– Есть вещи более важные, чем безопасность.

– Какие же?

– Благополучие моих питомцев и ближних. Будущее человечества.

– Какие возвышенные мысли для такой petite jeune fille [2] , – с сарказмом произнес он. – А мы-то, остальные, просто стараемся выжить.

Клара вскинула подбородок:

– Поскольку я от рождения более удачлива, чем другие, то должна помогать менее удачливым. На вашем языке это означает вносить вклад в усилия, не дающие кораблю пойти ко дну.

– Вычерпывая воду наперстком? – В его голосе звучала насмешка. – Берегитесь, миледи, или вы обнаружите, что вода прибывает быстрее, чем вы ее вычерпываете.

– Если бы я получала шиллинг каждый раз, когда какой-нибудь доброхот предвещал мне неудачу, я смогла бы купить вашу лавку и многое другое. Но все же я смогла пристроить шестьдесят три своих питомца в ученики или слуги по всему городу.

На его лице отразилось удивление.

– Вам удалось уговорить людей нанять карманников? Подумать только, карманников! Bon Dieu [3] , как долго вы работаете здесь?

– Десять лет, но руководить приютом начала только семь лет назад. И прежде чем вы спросите меня, «кто из мужчин, несущих ответственность за меня» позволил мне это, я отвечу, что это был мой покойный отец, он впервые взял меня с собой в станборнский приют.

– И ваш муж это одобрил?

Она снова покраснела.

– Я не замужем.

Он повращал глазами:

– Теперь все ясно.

– Что именно?

Его взгляд стал оскорбительно дерзким.

– Ни один мужчина в здравом уме не позволил бы хорошенькой молодой жене прогуливаться в этой части города без сопровождения.

– У меня есть сопровождающий, – учтиво ответила она. – Со мной Сэмюел, и, несмотря на его внешний вид, он способен защитить меня. Он сам был карманником. И вооружен устрашающего вида ножом. – Она любезно улыбнулась: – Хотите, попрошу его показать, как он с ним управляется?