– Вам нравится вот так? – шепнула Клара. Морган посмотрел на нее. Ее щеки стали пунцовыми, на губах играла дразнящая улыбка. Она попробовала выгнуться, налегая на него, и он подумал, что извержение наступит немедленно.

– Нравится?

Он сомкнул руки на ее талии.

– Если будет лучше, ангел, меня надо будет упрятать под замок. Я стану безумцем.

Клара приподнялась на коленях и опустилась на него. Из его горла вырвался хриплый звук.

– Вот что я могу делать с вами, Морган. Пусть вас запрут, чтобы вы не могли меня покинуть.

– Будете делить со мной постель каждую ночь? – шепнул он где-то у ее груди и осыпал поцелуями гладкую, упругую кожу, отыскал сосок и стал потягивать его зубами, в то время как она поднималась и опускалась на него.

– Каждую ночь, каждый день, а если откажетесь, привяжу вас к кровати.

– Тогда заприте меня, – ответил он, двигаясь с ней в одном ритме. – Что может быть лучше, чем оказаться привязанным к кровати и выполнять каждое ваше желание?

Ее пальцы впились в его плечи.

– Только море с его приключениями.

Он услышал боль в ее голосе.

– Я хочу и того и другого, – возразил он.

– Вы хотите сбежать. – Она откинула голову, продолжая двигаться в бешеном темпе, падая на него сверху, все плотнее соприкасаясь с ним, пока он не стал задыхаться.

– С вами, только с вами.

– Проклятие, Морган... вы хотите мою душу.

– Да! – Он с силой прижал ее к себе. – Я хочу вашу душу. – Толчками бедер он побуждал ее ускорить движения, и она повиновалась. – Я хочу ваше тело. – Он положил голову ей на грудь и услышал стук ее сердца, совпадающий с неистовым стуком его собственного. – Я хочу ваше сердце. – Он снова и снова погружался в нее.

– А что я получу взамен?

– Все. Все, что потребуется, чтобы удержать вас.

Он почувствовал, что приближается кульминация, что все его тело пульсирует. Вскрикнув, он излил в нее семя. Изо всех сил прижимаясь к нему, Клара содрогнулась. А он, словно заклинание, шептал ее имя.

Время, казалось, остановилось, благоухала жимолость, к аромату которой присоединился резкий запах их совокупления. Но так не могло продолжаться долго. Она медленно опустилась на его колени, вялая и опустошенная. Когда она положила голову на его плечо, ее щеки были влажны от слез.

Заметив это, он встревожился.

– Что с вами? – Он поцеловал ее в лоб и вытер ей слезы.

– О, Морган, я хочу стать вашей женой, – всхлипывая, произнесла Клара. – Правда, хочу. Знай я, что мы можем быть вместе только на море, я согласилась бы. Я так люблю вас. – Она подняла к нему лицо. – Но до тех пор, пока вы не разберетесь в себе и не примете себя таким, какой вы есть, меня вам будет недостаточно.

– О чем это вы? – резко спросил он.

Она провела рукой по его щеке.

– Вы бросаетесь навстречу опасности, чтобы не думать о прошлом. Но очень скоро воспоминания возвратятся к вам. И пока вы не примете себя таким, какой вы есть, со всеми вашими тайнами, покоя вам не видать.

Каждое слово давалось Кларе с огромным трудом.

– Именно поэтому вы не хотите остаться здесь и жениться на мне, не так ли? Стоит вам увидеть моих мальчиков, и вы вспоминаете, что были таким же. Но тот мальчик уже стал мужчиной. И я люблю обоих.

– Не настолько, чтобы из-за меня отказаться от приюта, – возразил он.

– Ничто не рассеет ваши сомнения, пока вы не будете в ладу с самим собой. Я не брошу моих детей только потому, что вы никак не можете разобраться в своих чувствах и хотите бежать от самого себя. Вы рассказали мне все и можете меня возненавидеть, потому что я все о вас знаю.

– Вы просто ищете повод, чтобы заставить меня делать то, что вы хотите, чтобы я остался в городе, который ненавижу.

– Не город вы ненавидите, – шептала Клара, одеваясь. – Вы ненавидите то, о чем он вам напоминает.

Морган стремительно повернулся к ней:

– Думайте что хотите. Вы хотите заставить меня принять ваши условия. Ну а у меня есть собственные условия, и, если вы их не принимаете, найдите кого-нибудь другого, кто будет плясать под вашу дудку, потому что я не намерен запереть себя в этом проклятом городе, что бы вы ни говорили.

Повернувшись к ней спиной, он решительно направился к выходу из беседки.

– Морган?

Он остановился:

– Что?

– Даже корабль может стать тюрьмой, если все, что вы видите вокруг себя, – это прутья решетки.

Он не ответил, продрался через переплетенные ветки жимолости и вышел.

Но ее слова не шли у него из головы, когда он пробирался через заросший лесок. Морган давно уже чувствовал себя, словно за решеткой. И если он будет бездействовать, никогда не станет свободным.