Рейвнзвуд спокойно смотрел на него.

– Я имел в виду нечто другое, совсем не то, о чем вы подумали. Я только предостерег ее, чтобы она не отдала вам свое сердце, потому что вы не способны по-настояшему полюбить и создать семью.

– Тогда вам будет приятно узнать, что ваши предостережения достигли цели, – с горечью произнес Морган. – Теперь сердце леди Клары в безопасности.

– Разве не этого вы хотели?

– Я хотел... – Морган разразился проклятиями, уставившись в темное окно. Рейвнзвуд был его самым близким другом. Он по крайней мере мог понять состояние Моргана, мог согласиться, что Клара требовала от него слишком многого. – Я просил ее выйти за меня замуж. Она отказала.

– Понимаю. – Рейвнзвуд долго молчал. – Признаться, я удивлен. Думал, она образумится. Нисколько не сомневался в этом.

– Может быть, она и обрадовалась бы, если бы я согласился жить здесь. Но я не хочу, а она не желает плавать со мной. И не желает ждать меня месяцами, если я буду уходить в море один.

– Ну, тогда все понятно. Как вам могло прийти в голову предложить ей жить на корабле?

Морган вздохнул:

– Знаю, знаю, она ни за что не оставит этот чертов приют ради меня.

– Я о другом. – Рейвнзвуд скрестил руки на груди. – Я представил себе вас и леди Клару на борту. Жизнь на корабле связана со множеством тягот и опасностей. Леди Клара будет за вас тревожиться. А вы человек отчаянный, лезете в самое пекло.

– Почти все капитаны берут с собой в море жен, – начал Морган.

– Не таких, как леди Клара. Жена капитана лишена нормальной жизни, вынуждена обходиться минимумом одежды, она месяцами не видит своих близких, детей рожает без помощи акушерки. Почему, по-вашему, многие капитаны выходят в отставку после женитьбы?

В словах Рейвнзвуда был резон, и Моргану стало стыдно за свой гнев. Клара слишком умна, чтобы не подумать о практической стороне жизни на море, о которой говорил Рейвнзвуд. Видимо, она сознавала в отличие от него, что он требовал от нее отказаться от всего – от семьи, дела ее жизни, независимости. И все это ради мужчины, который мог предложить ей только согретую постель.

«Если бы я считала, что мы можем быть вместе, лишь при условии, что я буду плавать с вами, я согласилась бы. Я так люблю вас».

Рассерженный ее упорством, Морган не поверил ей. Но сейчас ему нужно подумать. Была ли она на самом деле готова бросить все ради него? И собиралась ли попросить его о том же? Чтобы он доказал, что ему нужна она сама, а не еще одна возможность отвлечься от болезненных воспоминаний.

Это очень важно. Если она готова отказаться от многого ради него, возможно, он найдет способ дать ей то, чего она хочет.

– Почему бы нам не пойти к Джульетте, может, у нее что-нибудь найдется на ужин для нас? – сказал Морган Рейвнзвуду. – Я проголодался.

Но не еда интересовала его. Он не собирался ждать до утра, пока то, что ему нужно, точнее, та, которая ему нужна, разочаруется в нем.

– Куда, как вы думаете, они отправились сейчас? – спросила леди Джульетта Клару, когда они покончили с десертом. – Морган и лорд Рейвнзвуд вели себя как-то странно.

Клара нахмурилась. Морган, несомненно, сослался на неотложную встречу, чтобы избавиться от нее, и уговорил его светлость пойти вместе с ним. Но не могла же она сказать это леди Джульетте.

– Не знаю. Капитан Блейкли никогда не посвящает меня в свои дела.

–Что меня и настораживает, – вступил в разговор лорд Темплмор. – Если Морган помалкивает, значит, замыслил что-то. А за всем этим, как правило, стоит Рейвнзвуд.

Клара хотела было вступиться за Моргана, но раздумала. Ведь он скрывает от семьи свою истинную сущность. Они не знают, почему он рвется навстречу опасности, почему собирается их покинуть. При желании он сам мог бы им все объяснить. Но он предпочел бежать. От тех, кто его любит. От своего прошлого. От всего, что ему было ненавистно в его жизни. Она не побежит с ним.

Слезы затуманили ей глаза.

«Вы сказали, что любите меня, но детей из приюта любите больше. Пусть кто-нибудь другой спасает мир».

Возможно, Клара хотела спасать мир или хотя бы часть его, своих детишек-карманников. Но ведь это доброе дело. С какой стати она должна все бросить только потому, что он ненавидит Лондон?

«Спасите лучше меня!»

В этом вся проблема – ей отчаянно хотелось его спасти. Но права ли она, стараясь сделать его таким, каким она хотела бы его видеть, в то время когда он боролся с ужасной реальностью?