– Все в порядке, – проскрипел темпи и погладил челюсть в том месте, куда пришелся удар Феррола. – Ничего страшного. Все в порядке.

Феррол стиснул зубы, чувствуя, как слепой гнев снова заволакивает глаза. Конечно, с темпи «все в порядке». Если понадобится, он будет твердить это даже на больничной койке. Если учесть, насколько темпи преуспели в демонстрации своей позиции «подставь другую щеку», нет сомнений, что это всего лишь способ обратить безрассудный поступок Феррола против него самого.

Но будь он проклят, если станет вносить свою лепту в окружающий темпи ореол доброты и великодушия. Он не станет делать вид, будто и впрямь сожалеет о случившемся.

– В следующий раз не подкрадывайся ко мне потихоньку, – буркнул он чужеземцу. – Доктор Берч, я готов выгружать ящики.

Берч бросил взгляд на Лос-тлаа.

– А-а… Ну, ладно, – ответил он. – Конечно.

Не спуская настороженного взгляда с Феррола, он отошел от обоих темпи и тоже забрался в трюм.

Они работали в молчании, вытаскивая ящики из трюма и размещая их на палубе ангара. Пейтон появилась, когда дело было сделано лишь наполовину; однако места в трюме еле-еле хватало для двух мужчин, и ее участие в процессе свелось к тому, что она пригнала от переборки тележку и без конца просила, чтобы «грузчики» не наступали на обломки ее аналитического стола. Когда ящики погрузили на тележку, вернулся полный вес. Феррол сел за рычаги управления, и они покатили в лабораторный комплекс.

Они проехали половину расстояния, когда Берч заговорил.

– Почему вы ударили Тра-мии? – спросил он, стараясь говорить как можно небрежнее.

– Не люблю темпи, – ответил Феррол.

– За что? Если вы, конечно, не против обсуждать этот вопрос.

– Если на то пошло, я против, – сказал Феррол. Оглянувшись, он увидел, как Берч нервно сглотнул.

– А-а…

– Мы привезли много интересного материала. – Пейтон явно старалась увести беседу на безопасную территорию. – Вы ведь следили за нашей работой, старший помощник?

– Это я прогнал запись трансформации кролика через компьютер, – напомнил ей Феррол.

Она вспыхнула.

– Ах, да.

Феррол почувствовал укол вины. Не стоило ставить в неловкое положение Пейтон и Берча – в конце концов, сердился он не на них. К тому же именно ученые на «Дружбе» имеют больше всего шансов разглядеть, что на самом деле скрывается за фасадом миролюбивого дружелюбия темпи. Если усилиями Феррола у них создастся впечатление, что все противники темпи склонны к насилию и не отличаются большим умом… ну, это лишь затруднит для ученых восприятие истины, когда упомянутый фасад рухнет.

– Скелетные структуры, похожие на запоминающий пластик, – очень интересная идея, – заметил Феррол. – Как думаете, удастся скопировать этот материал?

– О, конечно, – горячо откликнулся Берч. – Если в чем человеческая биотехнология и преуспела, так это в копировании полезных молекул и биохимических систем.

Пейтон насмешливо фыркнула.

– Хотя существует тенденция забывать, что целое больше, чем сумма коммерчески используемых частей. Темпи правы хотя бы в этом отношении.

Берч бросил на нее сердитый взгляд.

– Оставив в стороне философию, следует признать, что именно коммерческими результатами оплачиваются прогулки наподобие нашей.

– Да, и хорошо бы привезти их побольше, – со вздохом согласилась Пейтон. – Мы должны представить Сенату что-нибудь более впечатляющее, чем похожая на запоминающий пластик скелетная ткань и органические излучатели электрического поля. Только тогда сторожевые псы сенатского бюджета будут довольны.

– И пусть все, кроме того, что мы обнаружим за две недели, достанется темпи? – пробормотал Феррол.

Берч негромко присвистнул.

– Даже так.

Однако, судя по тону, вряд ли он и впрямь так думал.

И снова Пейтон вернула разговор к обсуждению экологии и животной жизни Альфы; ни о темпи, ни об их философии больше речь не заходила. Феррол помог разгрузить ящики с образцами и перенести их в изолированный лабораторный отсек. «Все ясно», – думал он, уходя. Нет никакой нужды сеять в среде ученых семена недоверия и недовольства – потому что они и без него там уже есть. Ему остается лишь поливать эти семена… и положение «офицера связи» открывало для этого массу возможностей.

Направляясь на мостик, он улыбался. Нет, пока ему не нужны ни пистолет, ни конверт. Он, возможно, вообще обойдется без них. Если события и дальше будут развиваться в том же духе, капитан Роман сделает большую часть работы за него.

«Если только…» – мелькнула мысль… И улыбка на лице Феррола угасла. А что, если Роман назначил его офицером связи именно ради того, чтобы разжигать в среде ученых антитемпийские настроения?

А что, если Роман – тайно, конечно – на стороне Феррола?

«Нет, – решительно ответил себе Феррол. – Это полностью исключено». Сенатор видел психологическую характеристику Романа: до такой степени ввести в заблуждение психологов Звездного флота просто невозможно. Роман сторонник темпи, никаких сомнений в этом нет, и он назначил Феррола офицером связи либо в качестве наказания, либо исходя из ошибочного, в высшей степени идеалистического убеждения, будто частые контакты с темпи каким-то образом смягчат ненависть к ним Феррола. Глупец.