– Не понял… Для шуток неподходящее время, Водорезов, – стараясь в отличие от генерала не демонстрировать своего раздражения, заметил полковник Яковлев.

– Я не шучу. Богданов способен укрыться где угодно, он профессиональный разведчик-диверсант. Способен выживать и адаптироваться практически к любым условиям. Он лучший солдат за всю историю отдельной разведроты ВДВ, которой я командовал. Вот посмотрите…

С этими словами худощавый и невысокий Водорезов из полусонного усталого мужичка превратился в гибкого юного акробата. В одно мгновение он сделал стойку на руках прямо на служебном столе милицейского генерала. Затем убрал одну руку, некоторое время простоял на другой, затем выполнил кувырок в воздухе и приземлился на обе ноги. Следующим стремительным движением ноги он погасил сигарету, которую держал в пальцах молчавший до сей поры Каляев. Именно погасил, но не выбил. Пепел и огонек были сбиты, сам же «бычок» так и остался в пальцах ошарашенного фээсбэшника.

– И вот еще! – Водорезов вытащил из-под куртки узкий предмет, похожий на рожок для обуви. – Знаете, что это?

– Нож? – попытался дать ответ Яковлев.

– Тепло, – кивнул Николай. – Если вы дадите мне крупнокалиберный пистолет, то я с помощью двух таких «рожков» взберусь на любое здание.

– Каким образом?

– Для начала произвожу серию выстрелов, делая в здании пробоины. Потом втыкаю в них рожки и, таким образом, поднимаюсь. Рожки превращаются в скобы, на одной из них я удерживаюсь, другую втыкаю выше. С помощью этих штук, – кивнул на рожок Водорезов, – вообще можно многое сделать… Так вот, Максим Богданов владеет этим не хуже меня. Он ведь помимо спецподготовки еще учился на гимнастическом отделении эстрадно-циркового училища.

– Мы в курсе, – кивнул полковник Яковлев.

Именно в это самое время гвардии рядовой запаса Богданов приладил к своему автомату глушитель и сделал три прицельных выстрела в сторону трехэтажного особняка. Затем отдал автомат Руслану и извлек из рюкзака два рожка, точь-в-точь такие, какие демонстрировал генералитету его бывший командир Водорезов. Не прошло и десяти секунд, как Максим при помощи рожков вскарабкался на второй этаж особняка и исчез в распахнутой форточке. Несмотря на то что особняк находился на охраняемой территории, а крыльцо стерег персональный охранник (ныне «отдыхающий» в своей будке со связанными руками и кляпом во рту), на окнах первого этажа были узорные, мудреного дизайна, стальные решетки. Держа наготове оба автомата, свой и Максима, Руслан поднялся на крыльцо, и то же мгновение резная, выполненная в барочном стиле дверь распахнулась и послышался шепот Максима:

– Прошу в замок, господин Кизилов!

Юрий Сергеевич с видом спеца повертел в руках рожок, потом вернул Водорезову.

– А вы тоже в цирке начинали? – спросил Яковлев.

– Я прошел полный курс вовинам, вьетнамского воинского искусства, в учебном центре при Главном штабе ВДВ, – ответил Николай.

– Вы вылитый вьетнамец, – впервые позволил себе улыбнуться оперативник, намекая, видимо на рост и комплекцию Водорезова. – Знаете, кто может одолеть Человека-паука?

– И кто же? – в тон полковнику переспросил Николай.

– Только ЧЕЛОВЕК-ТАПОК! Эту истину мне поведала моя восьмилетняя племянница… Мы ждем вашей помощи, Николай. – Юрий Сергеевич вновь стал серьезен, но уже без начальственных интонаций в голосе. – Смотрите, подполковник, какая ситуация. В наш тыл пробрались два профессиональных диверсанта, один из которых ваш ученик. Обезвредить их в кратчайшие сроки вопрос вашей профессиональной чести.

– Ну и?.. – вновь с уныло-флегматичным выражением переспросил Николай.

– Перестаньте, подполковник! – мягко сделал замечание оперативник.

– Хорошо, – кивнул Николай. – Только у меня два условия.

– Слушаем вас, – подал голос генерал МВД, напомнив, что старшим здесь как-никак является он.

– Вы не руководите мною и не вторгаетесь в процесс моего поиска. Но при этом оказываете посильное техническое содействие, если оно мне потребуется, в том числе снабжаете меня всяческой информацией, если в ней возникнет необходимость. Ну, а второе условие… Я сумею найти Максима, но он должен остаться жив. Насчет второго, уголовника Кизилова, решайте сами. Максим должен остаться живым! – повторил Николай.

– Не много ли вы на себя берете? – впервые за все время разговора позволил себе слово генерал Каляев.

«Вот оно, проявилось! – мысленно обрадовался Яковлев, убедившись, что думал в нужном направлении. – Каляева интересует Максим Богданов! Ради него он здесь! Но почему? Если удастся узнать, чем, в общем-то, обычный уголовник заинтересовал высокопоставленного фээсбэшника, то можно будет найти ответы и на другие вопросы… А с этим Водорезовым надо быть в союзниках, хоть он, похоже, и не сильно этого жаждет…»

– В противном случае справляйтесь сами, – сказал Николай, мельком взглянув на сидевшего за его спиной Каляева. – Могу быть свободным?

– Хорошо, Водорезов. Мы, как говорится, учтем ваши пожелания! – милицейский генерал окончательно взял инициативу в свои руки. – Даю вам слово офицера: если вы поможете нам в розыске, то мы, по возможности, возьмем Богданова живым… Это, кстати говоря, и в наших интересах!

При последних словах Каляев сдержал себя, никак не отреагировал на сказанное, но Юрий Сергеевич чувствовал импульсы неприязни и раздражения, идущие от фээсбэшника. Между тем помощник полковника Яковлева, оперуполномоченный майор Воробьев включил компьютер и вызвал на монитор карту-изображение местности, в районе которой высадились беглецы.