Мне не нравятся те слова брата. Касаемо тёщи, я имею в виду. Ах, почему… просто, вы не ровня. Нет, строго в противоположном смысле. Твой титул, равно как и твоей маменьки, лишь случайность рождения, и никакой роли не играет. Что у тебя есть, кроме смазливой внешности и кое-какой природной хитрости? За что тебя стоит полюбить или хотя бы уважать? Надо ли тебе объяснять, что за пару месяцев вы с Вовуой собьёте оскомину — и ладно, если потом мирно разлетитесь в стороны, не оставив на память в сердце кровавых ран?

Мне с ним хорошо, Джейн. Знаю, для тебя как достойной ездить на единорожках, это не довод — но это так. А что хочется простого женского счастья, это довод? Он ведь хороший парень, и ты это знаешь. Надёжный, как вы говорите — свой. Но есть и ещё одно — он Воин. И если его очередной бой окажется последним, я хочу оставить о нём себе память — не только в сердце… но и под сердцем. Не изумляйся, тётушка Наталья знает. Да и моя мама, Королева — очень любит детей и ждёт-не-дождётся внуков. Но ты права отчасти, а потому прошу — подскажи.

Стервочка ты, Принцесса, хотя надо отдать должное, доводы подбирать умеешь. Ну что ж… А знаешь ты, о чём он грезит, касаясь пальцами ещё молчащих струн своей гитары? Что видит он сквозь строки книг и о чём думает после? Отчего Пушкин лучше Бродского? Какие мысли посещают брата при виде дома иль детей — и даже утренней зари? Чьи глаза он видит там? О чём он мечтает перед сном… загляни краешком глаза в его мечты, Принцесса. Найди там себя, своё место — и тогда… о-о, лишь тогда, быть может…

Спасибо, Джейн — все поэты и романтики перед тобой просто пыль. Я сейчас второй раз благодарю судьбу за то, что подарила мне встречу с тобой. Да, первый раз когда ты закрыла меня своим телом… но берегись — если я скажу в третий, то соблазн расплатиться с кредиторами радикальным способом может и перевесить…

Принцесса резко дёрнулась всем телом, вырывая взгляд из-под власти удерживающей его Женьки. И, легко чмокнув в щёку, ушла.

А Женька осталась посреди поляны в самом дурацком состоянии. Лишь мазнула пальцем по щеке, а потом и кончику язычка. Горько-солёно — плакала? Гордая принцесса? Невероятно, но факт. Блин, вечно у этих баб глаза на мокром месте.

— Тим! Десять отжиманий, поставь какой-нить рокенрольчик позабористей… и кинь в меня бутылкой, — странно, но маменька даже не пикнула.

Ох, мудрая ты женщина, Наталья свет Сергеевна. И слава за то японскому богу… гм, а какому именно?

Утром, кстати, давешняя киса притащилась опять. Никто ничего не успел не то чтобы расслышать, но даже и заметить — а возле заканчивающей свою разминку Женьки уже обреталась красавица-рысь. Да ещё и с подарком — весьма упитанным полосатеньким ещё не кабанчиком, но уже и не поросёнком, какового зверь с достоинством оставил у ноги девушки. Как только и доволокла — ужас!

— Кошатница, — выразила маменька общее мнение и подошла поближе полюбопытствовать.

Ведь намёк на то, что делать с этой свежатинкой, даже не надо было и искать. Кстати, к Наталье Сергеевне дикая кошка отнеслась вполне дружелюбно. Со вполне понятной боязнью протянутую ручку Принцессы обнюхала вдумчиво и как-то индифферентно. Зато в сторону парней лишь пренебрежительно задрала верхнюю губу с весьма впечатляющими клыками и пренебрежительно, гортанно мявкнула.

Понятно. Не подходи, и я тебя не покусаю.

Кабанчик оказался превыше всяких похвал, и мама с тоже кое-что соображающим в этих делах Вовкой принялись за работу. А Женька с Принцессой расчёсывали неприкрыто балдеющую от такого диковинного обхождения зверюгу под откровенно ревнивыми взглядами на всякий случай залезшего в тягач Тима. Не боись, воин детей не обижает.

— А она прелесть, — Принцесса невозмутимо заглянула под пышный хвост и подтвердила первоначальное Женькино предположение.

Правда, чем отблагодарить кису за столь явное проявление дружелюбия, дискуссия разгорелась ненадолго. Рысь милостиво согласилась откушать этак килограммовым ломтем красной рыбы, наверняка не водящейся в здешних лесах. Женька проводила завидющим взглядом лакомство, до которого и сама была большая охотница, и на чистой интуиции предложила открыть лесной хозяйке банку сгущёнки.

Ур-р, как же благодарно урчала кошка, с несомненным удовольствием вылизывая банку своим шершавым как рашпиль языком! Скрежет и хруст стоял такой, что Женька и Принцесса не сговариваясь пошуршавели. А потом киса соизволила вылакать полведра воды да завалилась дрыхнуть в тенёчке серебристой бээмвушки.

— Похоже, здешние духи, боги или кто они там, крепко благоволят к Джейн, — Принцесса с братом завистливо переглянулись.

Такая заядлая материалистка как маменька, и хотела было влезть в спор со всем авторитетом своего опыта — да на свою беду, по ещё не забытой привычке захотела поправить на носу очки. Не обнаружив оных, запнулась на полуслове и лишь проворчала, что спиритические сеансы проводить не станет.