— Привет, не ждали? — Принцесса этак невозмутимо помахала ручкой. — А мы нарисовались — и не сотрёте!

Отпрянувшие и шарахнувшиеся во все стороны неробкого десятка мужчины в цивильных камзолах и военных мундирах потрясённо молчали, и изо всех сил пытались не выдать своего смущения. Ну да, ещё бы — при виде такой красоты в почти неглиже… Женька босиком прошлась по карте и пальцем ноги поковыряла почти упёршуюся в столичный Иммельхорн жирную коричневую стрелку орочьего прорыва.

— Как допустили?!!
– рявкнула она таким грозным тоном, что ничуть не удивилась бы, если б кто-нибудь с перепугу оконфузился. А сама Принцесса в это время с таким многозначительным видом хмурилась над залившей восток и север королевства тьмой, что мужчинкам стоило бы и посочувствовать.

Стоило признать, Маршал опомнился первым. Да Женька и не признала бы иного, уж брательник ни тугодумием, ни родовой спесью отягощён не был. Великолепнй парняга в ало-золотом одеянии шагнул вперёд и бухнулся на колени. При этом он так моляще протянул вперёд руки, так горестно возопил:

— Не вели казнить, вели слово молвить! — что стоявшая чуть сбоку морковная Сью с круглыми от изумления глазами только сейчас захлопнула разинутый рот и скупо улыбнулась.

Ну слава богу, хоть кто-то сообразительный попался…

— Все вон, кроме членов обеих королевских семей, — не приемлющим возражений тоном объявила Принцесса и только сейчас исполненным холодного величия жестом показала Маршалу: встать с колен.

Но когда метавшийся в обеих дверях вихрь сюртуков и мундиров исчез снаружи, и следом безо всякого волшебства сами собою закрылись беззвучно створки, Женька с визгом прыгнула в объятия брата. Ясное дело, получила своё сполна. Приветствий, охов-чмоков, за ухо — и даже по попе пару раз чуть не прилетело. А всё же, один раз она уловила на себе этакий чуть завидющий взгляд Принцессы… терпи, подруга — вот такая она, жизнь.

Новости оказались так себе. Госпожа Императрисса непрерывно заседала с советом и магиками, пытаясь наладить что-то вроде военно-полевой медицины, чтобы хоть как-то уменьшить потери в войсках и среди мирного населения. Женька, которую ещё трясло от усталости, мысленно присвистнула — работёнка воистину неподъёмная! Но вроде бы, что-то уже начало получаться…

— Маменька-королева лютует и носится по оставшимся ещё под королевским влиянием провинциям, пытается навести порядок, — всхлипывая на её плече, объясняла принцесса Сью. — Хватает и мародёрства, и хлебных спекуляций, и даже мелких бунтов.

Но самым паскудным оказалось то, что хоть с партизанщиной и удалось немного выправить положение, но войну королевство людей медленно, однако неуклонно проигрывало.

— Вчера в узком кругу обсудили даже, не вернуть ли оркам тот растреклятый кристалл — но решили, что это лишь сделает врагов сильнее.

Владимир помялся, но сообщил, что никто так и не смог разобраться, что оно такое и как действует.

— А ты отчего в таком наряде? — Женька только сейчас обратила внимание на чёрное платье старшей принцессы.

Графиня Сью прикусила губку, и её ярко-оранжевая шевелюра словно потускнела. Выяснилось, что на днях в нелепой и почти безнадёжной стычке погиб некий молодой потомок старинного графского рода, которому весьма скоро прочили из любовников принцессы перейти в статус её законных супругов.

— Ох, прости меня, дурёху, — Женька обняла грустную Сью и некоторое время просто стояла, чуть покачиваясь и словно убаюкивая хлюпающую носом принцессу.

— Зато этой ночью Сью выследила неосторожно подставившегося шамана орков, — не без гордости заметил Маршал, чуть смущённо обнявший Принцессу. — Ну, и отвела душеньку, как говорится… от него ничего не осталось даже на символические похороны.

Блаженствовавшая в его объятиях Принцесса без малейшего зазрения совести вытребовала поцелуй, а затем засмеялась легко, как счастливый серебряный колокольчик.

— А вообще, у нашей Джейн вроде какая-то идея есть… — сообщила она и вновь принялась за свои мелкие шалости.

Поскольку Сью упрямо прятала зарёванное лицо в плече Женькиного пеньюара, то самой ей и пришлось ответить. Хотя и не совсем то, что от неё ожидали.

— Обеспечте мне защиту от досужих ушей.

Вовсе не удивительно, что Принцесса и Вовка от удивления даже нашли в себе силы отклеиться друг от дружки (а иначе могли бы заняться кое-чем прямо на генеральной карте). Сью пошептала что-то такое, отчего Женька вовсе не малость пошуршавела. И даже поморщилась от вдруг толкнувшей в уши какой-то глухой и ватной тишины.

Что там она говорила, периодически тыкая в карту яблочным огрызком, так и осталось никому не ведомым. Доподлинно известно лишь, что после короткого и бурного обсуждения Маршал пребывал в лёгоньком шоке, а обе принцессы посматривали на бешеную леди Джейн хоть и с уважением, но как-то отчуждённо.

Мы взращены не для покоя, но для битвы.

Порою наша жизнь трудна и коротка.

Но мы надеемся не на слова молитвы —

Все наши помыслы на острии клинка!