Капля сползала всё ниже. Вот она уже пощекотала правую ноздрю, отчего на глаза сами собою навернулась слеза. Кто ж там сказал из борзописцев прошлого — дождь, это когда плачешь, а слёз не видно? Хорошо сказал, надо отдать ему должное…

Бравый офицер стиснул в недвижности зубы — капля на носу замерла, потяжелела и заколебалась в неустойчивом равновесии. Верный признак… и всё же, сорваться она не успела.

В неяркой вспышке чуть слева вспух пологий пригорок. Офицер ещё успел заметить нелепо разинутые в неслышном крике рты солдат, взметнувшиеся комья грязи — а из беззвучно взорвавшейся дыры объявился взмыленный жеребец с совершенно безумным взглядом. И всё же, не это настолько изумило лейтенанта Доже, что он не отдавая себе отчёта утёр лицо. В седле обнаружилась девка, да какая!

Ну да, в седле она сидела не ахти как ловко, уж то старому служаке сразу приметно. Зато вся из себя ловкая, спортивная, словно на пружинках. А всё ж, лейтенант мгновенно усмотрел и ту несуетливую небрежность движений, что отличает опытного бойца от излишне резкого призового фехтовальщика — и потёртую рукоять хорошего такого бастарда, выглядывающего из-за правого плеча.

Правда, сама девчонка понравилась куда больше. Хоть и в шёлковой блузе, но вовсе не из манерных кривляк или шалящих папиных дочек. Хоть и в странных серо-голубых брючках в облипку — да таких, что и не знаешь, то ли в смущении глаза отводить, то ли ещё втихаря полюбоваться над этим изящным до бесстыдства совершенством. А вот взгляд наш, хороший…

— Малый платунг лейтенанта Доже? — невозмутимо осведомилась прибывшая и бросила поводья подскочившему вестовому. Получив утвердительный ответ, девица проворчала сквозь зубы нечто слегка матерное по поводу королевских магов, оказавшихся не совсем уж бездарями и таки хоть раз сработавших как надо.

Офицер смотрел недоверчиво — так беззаботно прохаживаться по поводу патентованных и весьма могучих волшебников могли позволить себе немногие… но и то, не вслух и не громко.

— Леди Джейн. Дальше представляться надо? — нахально и невозмутимо поинтересовалась девица, глядя в глаза своими бездонным, словно затягивающим взором. Наверняка из гильдейских Воинов… что?!! Та самая леди Джейн?

Лейтенант изумился настолько, что во время поклона не удержал равновесия на втоптанной в глину волглой траве. Правая нога поехала, левая как на грех перецепилась через офицерский палаш — короче, офицер самым позорным образом шмякнулся в грязь, растянувшись перед пришлой плашмя.

Свои не смеялись — дело-то житейское, да и сами после перехода выглядели не чище. Но вот когда девица тоже не стала ни хохотать над недотёпой-служакой, ни даже вытирать о того едва заляпанные щёгольские полусапожки — мало того, помогла утвердиться на так и разъезжающихся в мокрых сапогах ногах — только тогда почтенный офицер и убедился, что та самая и есть.

— Прошу прощения у вашего высочества, — проворчал смущённый лейтенант. — Сразу не признал, хоть и видел я тот ваш бой при семи огнях.

Чутко прислушивавшиеся солдаты легонько пошевелились, словно ветерок пронёсся по сторонам каре шёпот. Несколько молодых в открытую ахнули и даже отвесили челюсти, уставившись на принцессу — и лейтенант с хмурым неудовольствием подумал, что теперь знает, кому доведётся нести самую тягомотную, предутреннюю «собачью» смену караула или копать в этой грязи нужники…

Впрочем, оказалось, что ни того, ни другого не предстоит.

— Сейчас дайте людям отдых, лейтенант. Ночью наши ударят из крепости, маги из академии сумели скрытно переправить туда принцессу Сью, — злорадно усмехнулась навевающая дрожь и восхищение леди. — Они пойдут на вылазку почти всеми возможными силами. А наша задача ударить неждано с тылу — в то место, где окажется вождь орков и его шаман.

Дальнейшее офицер себе легко представлял. При верхушке орков окажется только лично преданная тем тысяча телохранителей. Никак не больше, и при удаче можно будет надеяться обезглавить крупный отряд орков. Жаль, что нет под рукой полка конницы — потом получилась бы знатная рубка разбегающихся… примерно в таких выражениях он осторожно и высказался.

Леди Джейн мягко усмехнулась, отчего понравилась мокрому и уставшему Доже ещё больше.

— При удаче? Я и есть ваша удача, лейтенант. Готовьтесь бить клином — а на острие атаки буду лично я.

Если бы на миг отчётливо покачнувшаяся и даже вздыбившаяся земля вдруг в самом деле оказалась над головой и самым подлейшим образом врезала по макушке, Доже и то, наверное, удивился бы меньше.

— Прошу прощения, леди, что-то я не расслышал — без железа на плечах и гм… груди я вас в строй не пущу.

Однако строптивая девица в негромких и весьма нелицеприятных выражениях пресекла всякие попытки недопонимания. А затем, словно смилостивившись над принявшим до идиотизма сконфуженное выражение лицом пехотинца, добавила:

— Лёгкий доспех у меня в седельной суме, но скажите на милость, зачем раньше времени плечи натирать?

И хотел бы Доже ущипнуть себя в бок — да под офицерской формой у него и самого обреталась ставшая уже привычной, словно вторая кожа, испытанная и кое-где латаная кольчуга. Впрочем, у власть имущих свои причуды… хочет погеройствовать, флаг её высочеству в руки. Словно заслышав эти мысли (а вдруг и в самом деле читает? — похолодел офицер), леди усмехнулась одними губами.