– Я это знаю, – просто ответил Джейми.

– Но продолжаешь сражаться…

– Я участвую в войне, которая должна быть выиграна.

– Вот если бы я могла участвовать в войне, которая могла быть выиграна, – жалобно пробормотала Кристина.

Джейми захотелось заверить ее, что она это сможет, но он тут же вновь разозлился на себя. Она была знатной англичанкой и подлежала возврату. И он будет последним дураком, если вздумает рисковать жизнью ради решения проблем, возникших между англичанами. Он еще раз заверил себя, что если будет участвовать в набеге на Тизл-он-Даунз, то исключительно ради богатых трофеев.

Джейми поднялся. Кристина пошевелилась и, нахмурив брови, пробормотала:

– Подожди.

– Чего же мне ждать?

– Я не хотела… так напиваться.

– Но сделала это.

– У меня голова кружится.

– Оно и понятно.

– Извини. Я могу встать. И даже позаботиться о твоем оружии и доспехах. Я умею обращаться с оружием. А еда… Я ничего не приготовила. Но я могу встать!

– Меня накормят у любого походного костра, а за моими доспехами ухаживает оруженосец. Местные парнишки, которые ошиваются в лагере, тоже всегда готовы предложить свою помощь.

– Куда ты идешь? – спросила Кристина.

В голосе ее слышались нотки отчаяния. Джейми хотелось показать, что он сердит и отказывается от ее услуг, но она никогда еще не была такой беззащитной.

– Ладно, леди Кристина. Снимайте-ка свои сапоги, и платье тоже. Я намерен дать вам выспаться.

Кристина покачала головой, на глазах у нее заблестели предательские слезы.

– Прошу тебя: только не уходи.

Джейми принялся сражаться с тесемочками на платье. Рассчитывать на помощь Кристины не приходилось. Наконец ему удалось стянуть с нее платье через голову. Волосы у нее встали дыбом. Джейми пригладил их и сказал:

– А теперь забирайся под одеяло. Ночь сегодня по-настоящему холодная.

– Не уходи, – снова повторила Кристина.

Джейми молча откинул одеяло и уложил ее в постель.

– Я могу быть лучше. Только ты не уходи от меня к Лорен, – умоляюще проговорила она, схватив Джейми за запястье.

– Кристина, я уже говорил тебе, что этого не будет.

– Понимаешь, то, что между ними, лучше… самой жизни. Она и Стивен… они любят друг друга, – продолжала Кристина с пьяной улыбкой на лице. – Я знаю, что ты считаешь ее привлекательной, а меня… не такой привлекательной.

– Кристина, кое в чем я тебе солгал. Я совсем не считаю тебя непривлекательной. По правде говоря, когда я увидел тебя в первый раз, ты выглядела невероятно величественной и была просто великолепна с высоко поднятой головой и каскадом золотистых волос, ниспадающих на плечи. Не думаю, что в твоем теперешнем состоянии ты сможешь меня понимать, но скажу тебе, что хотя Лорен миловидна, нежна и обладает массой других достоинств, в ней нет твоего… огня. И еще: у меня никогда и в мыслях не было применять силу против заложницы или вообще против какой-либо женщины. Ты ведь не запомнишь ни слова из того, что я тебе сказал, не так ли? Я не ухожу от тебя, Кристина. Постарайся понять. Ты выпила слишком много эля, и мне совсем не хочется, чтобы тебя стошнило прямо на меня. Поэтому я буду спать в главной комнате. Пошлю какого-нибудь парнишку, чтобы он принес мне поесть. Я очень голоден. А потом я засну, потому что очень устал.

Кристина, наверное, его не слышала. Или слышала, но не понимала. Она пыталась избавиться от стоявшей перед глазами картины последствий войны. А теперь боялась, что проигрывает свое собственное сражение.

– Я так сожалею… я могу быть лучше, – снова повторила она.

– Ну конечно. И обязательно будешь.

– Я хочу сказать… я не знаю, что делаю. Но ведь этому можно научиться. Тебе не нужно уходить.

Джейми улыбнулся, поняв, что именно она имеет в виду. Он наклонился и прошептал Кристине на ухо:

– Это, конечно, удивительно, но ты все делаешь очень, очень хорошо.

Кристина снова закрыла глаза и наконец заснула. Джейми погладил ее по золотистым волосам, повернулся и вышел в другую комнату.

Ему было хорошо понятно ее желание избавиться от видения ужасов войны. Он и сам не раз пытался напиться до полного бесчувствия.

Плохо одно: в конце концов начинаешь понимать, что никаким количеством эля не изгнать из памяти кошмары войны.

Кристина, проснувшись, стала размышлять о том, что было хуже: ее поведение в первую ночь, проведенную в фермерском домике, или ее поведение предыдущей ночью.

Она медленно приподнялась. Дикой боли в голове больше не чувствовалось. Слава Богу, она успеет прийти в себя до вечера, когда снова увидится с Джейми.

Кристина собиралась было взбить подушку, чтобы прилечь еще на некоторое время, как заметила Джейми, стоявшего возле кровати и наблюдавшего за ней. Кристина настороженно взглянула на него и пробормотала: