– Кривцов, заткни его!
– приказал Пушко.

Кривцов наградил меня легким тычком, чтоб не слишком зарывался. Правда, перед тем, как толкнуть он еще и чем-то уколол в шею. Маленький такой укол, почти незаметный, но я тут же перестал чувствовать свое виртуальное тело.

Руки, ноги, голова... Я ощущал прохладную гладкость резины своего виртуального костюма, зуд в затекших ногах, крепления шлема, затянутые чересчур сильно и впивающиеся в кожу на висках. От толчка я начал заваливаться вправо и краем глаза заметил, как Кривцов с криком отскочил в сторону. Пушко уставился на меня выпученными глазами, а Солома, мой старый добрый приятель, оттолкнувшись от пола ногами, перевернул стул и упал на пол. Простенький трюк, если немного потренироваться.

Откуда-то появились люди с оружием. Целых четверо. Двое подняли меня с пола и усадили на стул. Двое проделали то же самое с Соломой, который выглядел несколько смущенным. По подбородку его стекала кровь.

– Обязательно было его бить?
– поморщился Пушко.

– Да он сам грохнулся, когда упал, - принялся оправдываться один из громил.
– Мы его и пальцем не тронули!

Солома коснулся кончиком языка рассеченной нижней губы и подмигнул мне.

– Эй, погодите!
– от Анатолия не укрылась наша пантомима.
– Что-то тут не так!

Вэнди остановила своего приятеля взглядом, но Пушко и уже заинтересовался.

– Проверьте его!
– рявкнул он.
– Только осторожнее!

Виктор начал стрелять, когда боевики столпились вокруг Соломы. Он выпустил в них полную обойму. Я любовался пониманием, медленно проступающим на лице главы "Русской Зоны". Приятно было видеть, что сильных мира сего тоже можно чем-то удивить.

– Предательство - лишь вопрос времени, - заметил Пушко.
– Мне следовало помнить об этом...

Кривцов подмигнул девушке.

– Запускай свою игрушку.

– TLOS?
– спросила та.

– Мы - везде, - ответил Виктор.

Вэнди-Виктория, наша фарфоровая куколка, схватила лежащий на столе Кубик Рубика. Надо было догадаться, почему они не активировали вирус раньше. Слишком сложно, чтобы можно было проделать быстро и незаметно. Вирус не предназначен для быстрой активации, что я счел изначальным просчетом конструкции.

Пушко разразился потоком ругательств и угроз. Некоторые из них выдавали в нем бывшего уличного музыканта. Никто, кроме Анатолия не обратил на ругань никакого внимания. Он привстал и ударил Пушко плюху.

– Прекрати, - бросил ему Кривцов.
– Он того не стоит. А ты, заткнись.

– Молчу, - согласился Пушко, закрывая глаза. Он сложил руки на животе, словно собравшись немного помедитировать.
– Меня здесь больше нет.

Анатолий неохотно отступил. Полагаю в его глазах глава "Русской Зоны Развлечений" представлялся кем-то вроде Сатаны. Во всех бедах - и своих, и глубины, Анатолий винил прежде всего таких, как Пушко. Глупец!

Я смотрел на груду тел, где-то под которыми лежал Солома. Никто не шевелился - Кривцов стрелял не особенно целясь и, похоже, Соломе не повезло.

"Что происходит?" - отбарабанил я на клавиатуре.

Мои губы в глубине шевельнулись, выдавая реплику.

– Не волнуйся, инспектор, - Кривцов почти дружелюбно потрепал меня по плечу.
– Онемение скоро пройдет. Мне надо было как-то вытащить на свет божий своих коллег, чтобы перестрелять наверняка.
– Он тоже посмотрел на трупы.
– Жаль, что с твоим приятелем так вышло. Ты, вроде, неплохой мужик, но, сделай одолжение, посиди тихо, чтобы мне не пришлось в тебя стрелять, ладно? У тебя своя работа, а у меня своя, так что давай не будем усложнять.

"Идет", - напечатал я.

Этот Кривцов, кем бы он там ни работал, не соврал - онемение уже начало проходить. Я на миг почувствовал поток прохладного воздуха со стороны продырявленного во время стрельбы окна, потом ладони ощутили рифленую поверхность скатерти и так далее... Я даже мог шевелить пальцами.

К столику подкатил, взволнованно жужжа, робот-официант. Анатолий отвесил ему пинка и отогнал прочь. Немногие настоящие посетители "Гинзы", понемногу разобравшись в происходящем, поспешили покинуть кафе.

– Их только четверо?
– попытался спросить я более привычным для себя способом.

– А?
– Кривцов наклонился поближе.

Я повторил, выговаривая слова как можно более отчетливо.

– Да, не волнуйся. Шеф не любит посвящать в свои дела слишком много народа.
– Я заметил, что если Пушко и слышал эти слова, то никак не отреагировал.
– Он, да нас пятеро, - это обычная команда, для грязной работы... Кстати, можешь порадоваться, один из них убрал твоего парнишку-хакера.

– За что?