Несколько минут Виктория стояла неподвижно, глядя туда, где только что скрылся катер. Потом повернулась и медленно пошла к своей брошенной на узкой дороге машине, дверца которой так и была распахнута. Тугой комок подступил к горлу. Виктория без сил прислонилась к капоту и, сдерживая слезы, глубоко, прерывисто задышала.

И что дальше? Она все испортила, все сделала не так. Тот детектив был прав: она не способна самостоятельно довести дело до конца. Потратила почти все свои деньги, проделала тысячи миль, и ради чего? Чтобы бесполезно торчать вот здесь на берегу?

Резкий гудок прервал ее мысли. Виктория повернула голову: какой-то автомобиль, скрипя гравием на поворотах, спускался по узкой дороге к ней. Его опасно заносило в стороны, а водитель отчаянно жал на тормоза и сигналил. Но было уже слишком поздно. С ужасом Виктория увидела, как автомобиль ударил передним бампером по открытой дверце ее машины. Дверца сорвалась, взлетела в воздух, перевернулась и не успела еще упасть, как острая боль от удара пронзила бок Виктории, а в следующий момент, словно в замедленной съемке, она повалилась на землю, судорожно ловя ртом воздух.

Дверца автомобиля распахнулась, из него выпрыгнул какой-то человек и склонился над ней. Виктория постаралась сфокусировать взгляд на его лице, но видела только темный силуэт головы. Он спрашивал ее о чем-то, но лишь спустя несколько секунд смысл его слов начал доходить до нее.

– С вами все в порядке?
– встревоженно спрашивал он.

Все ли было в порядке? Она осторожно шевельнулась, подвигала руками, потом ногами. Ощущение такое, словно по ней прошагала целая армия, но все вроде было цело.

– Да… кажется, - проговорила она с трудом. Потом попыталась подняться, опираясь ладонью о землю.
– Посмотрим, смогу ли я…

– Не двигайтесь.
– Это прозвучало как приказ.
– Сначала я посмотрю, нет ли у вас повреждений.

Она позволила ему ощупать себя. Виктория все еще не могла увидеть его лица - незнакомец стоял против солнца. Кончив осмотр, он выпрямился и облегченно вздохнул.

– Ну, кажется, вы целы. Что называется, в рубашке родились.

Молодая женщина ойкнула и дернулась; когда его рука слегка дотронулась до ее виска.

– Вам больно?

– Конечно, больно!

Виктория подняла руку и осторожно коснулась ссадины на виске. Кончиками пальцев она ощутила что-то теплое и липкое на щеке.

– У меня кровь течет?

– Да. Но это лишь небольшая ссадина.
– (Виктория почувствовала мягкое прикосновение тонкой ткани к виску.) - Вот так, подержите несколько минут вот здесь.

Это был его носовой платок. Слабый мускусный запах одеколона, исходящий от него, неожиданно привел Викторию в смятение.

– Вы уверены, что с вами все в порядке?

– Да, - быстро сказала она.
– Все нормально. Но только… я бы хотела встать на ноги.

Он обхватил ее за плечи, когда она начала вставать.

– Не думаю, что вы можете встать так сразу, - сказал он.
– Почему бы вам не полежать, пока я…

– Нет. Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.
– Ее голос был резок. Ей казалось, что в его тоне, в том, как он ведет себя с ней, есть что-то знакомое. Но что именно, она никак не могла понять.
– Я… я хочу хотя бы сесть. Мне так будет лучше.

Поддержав ее за плечи, он помог ей наконец встать и опереться на капот машины.

– Как теперь?

– Лучше.
– Щурясь от солнца, она все еще не могла увидеть лица этого мужчины. Нервно улыбнулась, отняла от щеки платок.
– Я его испортила, наверное.

Он засмеялся. Этот смех был смутно знаком и неприятен.

– Не тревожьтесь. Если вас это успокоит, я попрошу мою страховую компанию отнести его на ваш счет.

– На мой счет?

– Это не слишком скажется на нем в любом случае. Ремонт моей машины обойдется вам в десять тысяч долларов. А испорченный носовой платок - это плюс еще пять баксов.

От изумления у Виктории открылся рот.

– Вы шутите?

– Какие шутки? Достаточно взглянуть, что вы сделали с передком моей машины.

– Это вы наехали на меня!
– возмутилась она.
– А не я…

– Я наехал на вашу машину, леди. А не на вас, хотя это просто чудо, что вас я не сбил. Какого дьявола вы поставили свою машину посреди дороги?

– Не ваше дело. Вы неслись сломя голову и налетели на мою машину.

– Дело в том, леди, что ваша машина преградила мне путь. Но не будем здесь это обсуждать. Суд решит, кто из нас прав, а кто виноват.
– Он обхватил ее за плечи.
– Ну как, вы можете сделать несколько шагов?