— Милый! — бросилась к нему Ирочка. — Я тебе все объясню! Ничего между нами не было. Эта женщина на меня наговаривает!

Но Сенечка не пожелал принять жену в свои объятия. Он строго отстранил ее, прислушиваясь при этом к Светкиным словам. А та разошлась не на шутку.

— Было, не было! Устроили тут ромашку! Верните мне мое добро, и плевать мне на остальное! — надрывалась обозлившаяся до крайности Светка.

— Ваш муж вам изменил? — спросил Сенечка.

— Плевать мне на его измены! Небось у Вовки бы не убыло даже после того, как он всех баб в этом захолустье перетрахал! Верните мне мою собственность!

Сенечка устремил на жену пронзительный взгляд. Та потупилась и отвела глаза. У Сенечки при этом новом доказательстве вины его супруги даже зубы заскрипели. Да так громко, что скрип услышали и подруги, и Светка. А уж Ирочка та и вовсе затрепетала, словно осиновый листочек. Похоже, видеть мужа разгневанным ей еще не приходилось.

— Ты мне изменяла? — страшным голосом произнес Сенечка. — Когда? И с кем?

На взгляд подруг, это был самый несущественный вопрос. Но Сенечку переклинило именно на нем. Он желал знать, с кем жена наставила ему рога.

— Ты его знала? — обратился он к Светке.

— Еще бы! С моим мужем она хвостом крутила!

— Я его убью! — взревел Сенечка и в лучших традициях драмы схватил с земли деревянную палку, выпавшую из забора. — Убью! Где он?

Вопрос вызвал некоторое смущение в зрительских рядах. Даже у Светки мигом поубавилось задору. Она вспомнила, что муж давно мертв, и снова загрустила. Ирочка тоже принялась утирать медленно текущие по ее лицу слезы. Видя такое мокрое дело, Сенечка слегка растерялся.

— В чем дело? — спросил он у жены, но уже гораздо тише.

Ирочка не ответила. Она убежала в дом. За ней следом поспешила Светка, которая вдруг почувствовала в былой сопернице подругу по несчастью. И теперь мчалась за Ирочкой, крича, что покойник был такой кобель, плакать по нему совершенно нечего.

А на долю подружек выпало разъяснять Сенечке, что произошло в деревне, пока он отсутствовал в своей нирване. По мере того как до мужика доходило, сколь много он пропустил, он бледнел, синел, зеленел и начал даже снова скрипеть зубами. Но напрасно подруги испугались, что он снова разъярится. Совсем даже наоборот.

— Какой же я был дурак! — неожиданно воскликнул Сенечка. — Ирочка! Малышка! Иди же сюда!

На его зов из дома появились сразу две заплаканные физиономии. Ирочкина и Светкина. Ирка бросилась на грудь мужу. И тот, гладя ее по голове, растроганно говорил:

— Как же ты должна была страдать, чтобы решиться на измену!

Ирочка рыдала. Светка выла. И даже ее подружки принялись хлюпать носами, видя такую трогательную картину. Как ни странно, не проняло одну лишь Катьку. Вместо того чтобы лить слезы умиления вместе с остальными, она о чем-то сосредоточенно думала. А потом спросила:

— Так, а где же та вещь, которую Сухоручко оставил Ирочке?

Сенечка тут же отстранил от себя жену.

— Ирина! — строго произнес он. — Нужно отдать чужое!

— Но я… Хорошо!

Ирина скрылась в доме. Обратно она вернулась через минуту, держа в руках какой-то кулек. Развернув его, она извлекла толстую книгу в покоробившемся кожаном, очень толстом переплете. И золотой крест с несколькими тщательно отшлифованными камнями — красным, зеленым и двумя синими.

Светка протянула свои хваткие пальчики к этому добру, как внезапно Катька шагнула вперед.

— Эти вещи твой муж украл у мертвеца из могилы!

Светка испуганно пискнула и так торопливо отдернула руку от сокровищ, словно их хозяин мог внезапно материализоваться и укусить ее за пальцы. Ирочка, которая держала эти предметы, смертельно побледнела и зашаталась. Да так, что ее мужу пришлось поддержать свою супругу.

— Ирочка!

— Ничего такого про могилу и покойников не знаю, — пролепетала насмерть перепуганная Ирочка. — Владимир просил, чтобы я подержала у себя эти вещи. Он говорил, что это будет один, два или от силы несколько дней!

— Как ты могла?

— Сенечка! Честное слово, я не знала! Разве я бы осмелилась держать в доме украденные у покойника вещи? Да я бы с ума сошла от страха!

— Ты меня разочаровала, — горько произнес Сенечка. — Мало того, что ты мне изменила. Это я бы еще мог тебе извинить, так как сам повел себя глупо. Но, оказывается, ты еще участвовала в осквернении могил. И, предаваясь блуду, одновременно еще и мародерствовала со своим любовником!

— Сенечка!

— Я женился не на той женщине!