Вот и сейчас, не успела Мариша открыть рот, как трубка тревожно запикала и замолчала.

— Что случилось? — тревожно спросила Катя у подруги, увидев, как вытянулось у той лицо.

— Моя тетя никак не может успокоиться.

— И что?

— Ругается. Просто удивительно, как она умудряется меня взбесить за какие-то жалкие минуты.

— Забудь про нее, — посоветовала ей Катя. — У нас и без твоей тетки забот выше крыши. Кстати, ты не видела Маруську?

Мариша попыталась припомнить, когда она в последний раз видела Катькину кошку. Выходило, что вчера утром. Или днем? Но точно, что прошлым вечером кошка домой не возвращалась. И это было в высшей степени странно.

— Никогда такого с ней не случалось, — беспокоилась Катька. — Она ночует всегда дома.

К моменту пробуждения Мариши она, как выяснилось, уже трижды обошла здание гостиницы и побродила по округе, призывая свою кошку. Но Маруська то ли отправилась на дальнюю экскурсию, то ли сознательно не желала подавать голос, но на призывы хозяйки она не откликнулась. И теперь Катька переживала.

В разобранных чувствах девушки торопливо умылись, оделись и отправились в монастырь. Жизнь там начиналась рано. И к завтраку они уже опоздали. Впрочем, в трапезной им дали по стакану кофе с парным молоком утреннего удоя. И тарелку сухого печенья. Вполне достаточная еда, чтобы протянуть до обеда. Тем более что обедали в монастыре тоже рано. В полдень.

Не успели подруги перекусить, как к ним подошел брат Илия.

— Сегодня поедете в соседнюю деревню, — сказал он им. — Там нужно будет помочь сестрам.

Подруги уже почти согласились, но тут же вспомнили, что сегодня должна приехать жена Сухоручко. А ее приезд они ни за что не хотели пропустить.

— Мы не можем!

— К вечеру обязательно вернетесь, — успокоил их монах.

Подруги уныло поплелись к монастырскому микроавтобусу. Эх, влипли! Ничего они к вечеру не вернутся. Знают они здешние порядки. Никто никуда не торопится. Шофера возле машины не было. Появился он только минут через сорок. Весело плюхнулся за руль, загрузил подруг и еще двух теток, которые тоже ехали в соседнюю деревню. Загрузил их тюки и какие-то свертки и мешки. Перекрестился и повернул ключ зажигания.

Машина и не подумала отреагировать. Чертыхнувшись совсем неподобающим для монаха образом, шофер истово перекрестился и полез в мотор. Некоторое время подруги покладисто ждали результатов ремонта, но он что-то затягивался.

Наконец шофер вылез из мотора и сказал:

— Освободите машину! Сегодня никуда не поедем!

Ворчащие тетки и радостные подруги поспешили прочь. До прихода автобуса из Питера оставалось еще три часа. И девушки надеялись, что за это время брат Илия не найдет достойного задания, чтобы услать их прочь. Но рисковать все же не стоило. И девушки решили на всякий случай не попадаться на глаза монаху.

Вместо этого они задумали навестить капитана. Жил капитан прямо в Алёхине, с женой и собакой. Еще издалека они поняли, что угадали верно. Возле дома капитана было необычайно оживленно. Тут стояла дорогая иномарка — темно-вишневый «Ниссан» этого года выпуска. А возле машины стояли три девицы в чересчур откровенных нарядах и дружно курили тонюсенькие сигареты с ментолом.

Ноги у девиц росли от ушей и прикрыты были совсем скудно. Только коротенькие юбчонки, которые открывали куда больше, чем скрывали. Колготок девицы не носили. И их гладкие смуглые ноги сияли на всю деревню. Разумеется, поглазеть на полуголых красоток сбежалось все окрестное население.

Бабки в платочках переглядывались и, поджав губы, неодобрительно перешептывались. Детвора показывала пальцами. А мужское население пребывало в явном ступоре. Оно просто таращилось на красоток и говорить было явно не в состоянии, не понимая, что за диво дивное прикатило к ним в гости.

Девицам же все было по барабану. Они невозмутимо курили и делали вид, что не замечают собравшейся возле них толпы. Наконец дверь дома капитана открылась и оттуда появилась еще одна девица. Четвертая по счету и страшно злая. Ее маленькое смазливое личико было буквально перекошено от гнева. А высоченные каблуки выстукивали угрожающий марш, пока девица цокала по каменной дорожке от дома к калитке.

Выйдя на улицу, она обернулась в сторону застывшего в дверях капитана и закричала:

— Еще посмотрим, чья возьмет! Мы не для того из Питера сюда приперлись, чтобы в вашем клоповнике париться!

Капитан тоже покраснел и, громко хлопнув дверью, скрылся в доме. Жена капитана захлопнула окно. А собака залаяла из глубины сада. Тем временем оказавшаяся на улице девица принялась громко жаловаться подругам:

— Не отдает! Тело Вовика мне не отдает!

— Почему? — возбужденно загалдели ее подружки. — В чем дело?

— Говорит, что повторную экспертизу делать будут. Хоронить пока нельзя! И в город везти тоже нельзя!

— Что за чушь?

— Безобразие!

— Давай позвоним Костику?!

Услышав мужское имя, Мариша насторожилась. Она уже поняла, что прибывшие девицы с внешностью путан, а попросту проституток, явились за телом Вовика. И та самая с мелкими чертами лица, похожая на обезьянку, скорей всего, и есть его законная супруга. Что могло заставить мужчину жениться на женщине, выглядящей таким образом и разговаривающей как шлюха, Мариша не понимала. Но что-то явно заставило, раз он это сделал.