— Какое же?

— Так. Ерундовая просьба. Вы ведь не живете в своем номере?

— Нет, не живем.

Отвечая, Мариша прикидывала про себя, о каком из занимаемых ими с Катькой номеров идет речь? О том, где порезали Зину? Вряд ли, он до сих пор стоит опечатанный. Скорее всего, мадам Матюшина имела в виду второй номер, где вчера прятались Роберт с Сергеем. Так оно и оказалось. Мадам Матюшина положила глаз именно на него.

— Тогда вы не будете возражать, если его займу я?

— Не-е-ет, — слегка нерешительно протянула Мариша. — Пожалуйста. Живите, если вам так хочется.

Но мадам Матюшина решила, что ее просьба требует хоть какого-то объяснения.

— Понимаете, окна моего номера выходят на задний двор. На помойку!

— И вам это не нравится? — догадалась Мариша.

— Еще бы! Конечно, это отвратительно! Я ходила к этой девице, которая занимается тут размещением гостей, но она заявила, что свободных номеров с приличным видом у нее нет. И вообще осмелилась мне прочесть целую проповедь о суетности мирских желаний и о смирении. Вы представляете! Мне! Да кто она вообще такая?!

Кажется, Верочка крепко прищемила хвост мадам Матюшиной. Женщина буквально кипела от ярости. Да уж, избалованная мадам. Подругам даже стало жаль профессора. То есть им и раньше было жаль доверчивого трудягу. А такая мегера в доме — просто беда. Загрызет любого.

— Так что? — капризно осведомилась мадам Матюшина. — Могу я рассчитывать на ваш номер?

— Да, — вежливо произнесла Мариша. — Пожалуйста. Возьмите ключ.

Мадам Матюшина мигом повеселела. Но намного любезнее от этого не стала. Взяв ключ с таким видом, словно это она делает подругам одолжение, не прощаясь, ушла.

— Тоже мне светская львица! — фыркнула Светка. — Вид из окна ее не устраивает.

— Можно подумать, она тут, по крайней мере, на неделю устраивается! — подхватила Алина.

А Юля добавила:

— Завтра все наконец отсюда уедем. И из-за чего огород городить?

И все четыре девушки дружно фыркнули. Мариша в показательном фырканье не участвовала. Она думала о том, что замок в дверях их комнаты заедает. И вряд ли такая рафинированная мадам сможет с ним справиться. С замком требовалась деликатность. Но вряд ли мадам Матюшина в ее теперешнем взвинченном состоянии способна справиться с капризами замка.

— Она его дернет и совсем испортит, — решила Мариша и выскочила из комнаты.

Следом за ней последовала только верная, но крайне недовольная Катька.

— И чего ты за ней побежала? — возмущалась она. — Мало того, что номер ей свой отдали, еще и краткий курс обращения с ключами должны провести? Пусть сама разбирается!

И увидев, что Матюшина уже входит в дверь ее нового номера, Катька радостно воскликнула:

— Видишь, она и сама справилась! Пошли обратно!

Но Мариша уже твердо решила быть доброй. Сама не понимая, зачем она это делает, Мариша постучала в дверь их с Катькой бывшего номера и произнесла:

— Извините, только хотела спросить, вам больше ничего не нужно?

Дверь немедленно распахнулась. Мадам Матюшина смерила оценивающим взглядом девушек, застывших на пороге, и холодно процедила:

— Благодарю!

Катька повернулась, чтобы уйти, и потянула за собой Маришу.

— И нечего было к ней соваться!

— Но я же должна была попробовать поговорить с ней, — отбивалась Мариша.

— Постойте!

Мадам Матюшина снова стояла в дверях. На этот раз на ее лице играла неуверенная улыбка.

— Вы бы не могли мне показать, где тут можно привести себя в порядок? — неожиданно робко поинтересовалась она. — Холодный душ внизу можете мне не предлагать. Его я уже видела.

Матюшину передернуло при одном воспоминании о нем.

— Есть еще баня, — сказала Мариша, готовая к тому, что ее предложение будет отвергнуто. — Там как раз сегодня женский день.

Но мадам Матюшина неожиданно с жаром воскликнула:

— О да! Баня — это чудесно! Благодарю вас! Там сегодня женский день? Да? В таком случае проводите меня туда! Немедленно!

Немедленно так немедленно. Однако, встав на путь добрых дел, Мариша совершенно забыла о наказе капитана и их собственном с подругами решении никуда не выходить одним. Но, с другой стороны, она ведь вроде бы была и не одна? Мадам Матюшина следовала за ней по пятам, словно козочка на веревочке. Мариша вернулась и тоже захватила с собой банные принадлежности. И, тихо радуясь собственной предприимчивости (сейчас в бане мадам Матюшина размякнет и выболтает ей все секреты о своем муже), пошла в баню.