Но Леся вместо того, чтобы выцарапать этому гаду его мерзкие, лживые глазенки, лишь широко распахнула свои прекрасные голубые и пролепетала:

— Счастья тебе, Димочка. Большого человеческого счастья. Обо мне не беспокойся. Мне будет невыносимо трудно без тебя, но я справлюсь!

А что Дима? Казалось бы, живи себе спокойно с молодой женой. Ведь этого же хотел. Так нет! Теперь Дима поздравлял свою бывшую невесту со всеми праздниками, звал в гости, устраивал ей свидания с подходящими, на его взгляд, кавалерами и вообще всячески заботился о том, чтобы она не скучала. Зачем он это делал, для всех оставалось загадкой.

Если честно, то прежде, ухаживая за Лесей, Дима про ее день рождения умудрялся забывать даже после десятикратного напоминания и включенной электронной «напоминалки». Международный женский день праздником прежде вообще не числил. А все прочие считал удобным поводом лишь для собственного увеселения.

А теперь без поздравления не оставлял ни одного, да еще и дарил подарки, был внимателен к маленьким желаниям Леси. Зачем? Тайна. Ибо никакой видимости выгоды от этой своей заботы не имел. Леся же уверяла всех, что в свое время расплатилась с Димой сполна, и теперь он чувствует нечто вроде желания откупиться от нее.

Все возможно. Но ни одна из Лесиных подруг не могла бы похвастаться подобной преданностью бывшего кавалера или жениха. Обычно те убегали, а потом при случайной встрече изо всех сил делали вид, что они не знакомы вовсе. И даже с трудом могут вспомнить, где встречались. Как? Неужели регулярно в течение трех лет в их собственной постели? Быть того не может! Такой короткой памяти вовсе не бывает.

— А ты ее хоть видела? — осведомилась Кира, занятая собственными размышлениями.

— Конечно! Новый манеж! Чистые опилки! Отличные стойла! А какие лошадки! Все породистые, ухоженные и здоровые. Даже старушки держатся молодцом! — радостно выкрикивала Леся, думая, что Кира переменила свое мнение о лошадях.

— Я не о конюшне! — прошептала Кира, косясь на Димкину голову с безупречно подстриженным затылком. — Я о его новой жене!

— А-а-а! — тоже перешла на шепот Леся. — Видела, конечно. На свадьбе.

— Ты была на их свадьбе?

— Ну да. И ты тоже была.

— Я?!

— Конечно. Ты еще тогда так напилась, что свалилась с катамарана.

— Все происходило на катамаране? — удивилась Кира.

— Нет, в ЗАГСе, разумеется. Но после регистрации Дима повез всех гостей в Озерки.

— А! — вспомнила Кира. — Пикник у воды на шерстяном одеяле. Так это было свадебное застолье? Оригинально! А почему я полезла на катамаран?

— Не знаю. Ты вообще была какая-то странная в тот день.

— За тебя переживала.

— Ну вот и допереживалась до того, что познакомилась с какой-то чужой компанией. И с этими мужиками полезла на катамаран.

— Помню, вы нас потом всей свадьбой спасали, — кивнула Кира. — Слушай, но там не было невесты!

— Была! Сама подумай, что за свадьба без невесты?

— Не знаю. Но невесты там не было.

— Была!

— Не было никого в белом платье!

— Она и не была в белом платье! Она была в брюках и какой-то маечке. Как и все остальные!

— Но почему?

— Откуда я знаю? Они так решили. Свадьба на природе. И потому гости и жених с невестой оделись соответственно.

Кира снова покосилась на голову Димы, который и не подозревал, что разговор идет о нем самом, и невозмутимо вел машину. На этот раз Кира косилась на него с возмущением.

— Он что, такой бедный? Или такой жадный?

— Ни то ни другое, — заступилась за бывшего жениха Леся. — Он оригинальный!

— Да уж.

Кира понимала оригинальность несколько иначе. Вот если бы Дима устроил бракосочетание где-нибудь на дне Марианской впадины, оплатив заранее пребывание всех гостей в ближайшем клубном отеле, она бы первой согласилась считать его большим оригиналом и затейником. Но пикник на Суздальских озерах, куда только ленивый в жаркую пору не писает, — это ни в какие понятия об оригинальности не лезет! А теперь еще и это его увлечение конным спортом.

Тем не менее конюшня, куда они прибыли, в самом деле была хорошенькой, чистенькой и очень новой. Находилась она на окраине города. В лесопарковой зоне. И в то же время неподалеку от станции метро. Так что добирались до нее все желающие без проблем.

Лошади, Леся не соврала, были все словно на подбор. Высокие, здоровые и бодрые. На взгляд Киры, даже слишком бодрые. Например, ее серой кобылке, которую она облюбовала за тихий вид и на которую с опаской, но все же взгромоздилась, не мешало бы вести себя чуточку поскромней. И уж вовсе не нужно было стартовать с такой резвостью и без всякого предупреждения. И не стоило сразу же демонстрировать всю свою отпущенную природой и предками прыть. Да и сигать через барьер с полосато-красными палками и потом носиться по лесу диким галопом и с таким же диким ржанием тоже, на взгляд Киры, не было никакой нужды.