— Нет, они вообще отказались идти на штурм, — сказал Стыцин, отряхивая руки от хлебных крошек. — Туда под видом журналистов запустили одного комитетчика, который определил, что все заложники содержатся в мечети в центре села. Это самое большое Г-образное здание в центре Первомайского. Вот они и сказали, чтобы их сначала подвели к этой мечети, а потом они будут ее штурмовать и освобождать заложников. А село пусть сначала захватят другие.

— Что они — дети малые, чтобы их за ручку подводить к этой мечети? — проворчал Гарин.

— Да, это им не автобус или самолет штурмовать, когда там сидит какой-нибудь колхозник с самодельной бомбой или охотничьим обрезом, — засмеялся Златозубов.

— Чехи есть чехи.

— Да ну, в Буденновске «Альфа» нормально отработала, — сказал я. — Они тогда даже захватили полэтажа больницы, но их никто не поддержал. Вот и сейчас, наверное, не хотят подставлять свои головы.

— Они говорят, что их слишком мало, чтобы штурмовать целое село, — подтвердил начальник разведки. — Но тогда нам может сильно достаться на орехи.

— Там еще есть «Витязь», «Вега», ОМОНы, СОБРы, — вставил новенький майор.

— Вот пусть они и берут село всем своим скопом, — подытожил Стас Гарин, которому вообще-то завтра предстояло оставаться на наших позициях на валу.

— А кто этот новый майор? — спросил лейтенант Винокуров, когда мы возвращались обратно к своей дневке.

— Говорят, что замполит, и кажется, нашей бригады, — ответил ему знающий все штабные перемещения и назначения Стас. — И как его, майора, на полковничью должность поставили? Если он такой волосатый, то чего он сюда приперся?

Гуманитарки тут нет, чтобы ее тырить и потом толкать.

— Тут все понятно, за орденом или за звездочкой сюда прилетел. Это он сейчас майор, а через неделю уже подпол, как раз должность подходит для этого, — сказал я, усаживаясь на покрытый козьей шкурой ящик у костра. — Эх, как приятно сидеть на теплом. Откуда коза?

— Это наши бойчилы из дома лесника притащили, — засмеялся Стас. — Скоро от него одни голые стены останутся.

— Бедный хозяин, — вздохнул лейтенант.

— И какого хрена нас на этот вал посадили? Надо было около дома этого лесничего оборону занять: там Терек, через который они не переплывут, а жить можно в самом доме, чем здесь задницы отмораживать, — размечтался я у пылающего огня.

— Это только боевики и наше командование в теплых местах сейчас сидят, а мы вот тут кукуем, — говорил лейтенант, расстилая спальник, чтобы поспать несколько часов до своего дежурства.

Ночь прошла спокойно, нарушаемая лишь перекличкой боевиков на постах, да один раз в полночь с окраины села донесся приглушенный женский вопль. Солдат, услыхавший его, так и не смог разобрать, что именно кричали. Среди заложников было несколько женщин, в том числе и одна молодая девушка.

В понедельник 15 января к семи часам утра все уже были почти готовы. Оружие было заранее почищено, боеприпасы уложены в нагрудники, радиостанции проверены, утренний чай выпит. Штурмовая группа в количестве двенадцати человек уже стояла на тропинке в одну шеренгу, спиной к валу и лицом к костру. Все бойцы внимательно слушали, как я доводил до них поставленную задачу, маршрут и порядок выдвижения к развалинам, сигналы управления и взаимодействия между подгруппами, пути отхода. Группа была разбита на четыре подгруппы по три человека в каждой.

Была установлена очередность выдвижения к развалинам. Если кто-то был бы ранен или убит, то его тело должна была выносить его же подгруппа.

Из радиостанций были взяты только Р-853 для взаимодействия с авиацией и Р-392 для связи с нашим прикрытием. Между подгруппами из-за небольших расстояний связь должна была осуществляться голосом. Бронежилеты мы с собой не брали, так как они очень сильно сковывают передвижения разведчиков на поле боя и делают бойцов более уязвимыми для огня противника.

В восемь тридцать утра моя группа уже залегла на нашем левом фланге, ожидая приказа на штурм. За рощицей, левее по валу, заняла исходную позицию и группа Златозубова. Почему-то к нашей цепи по тропинке подошел комбат с Костей Козловым, тащившим на спине «плеер», — так мы называли Р-153 из-за ее больших размеров.

— Как вертолеты дадут первый залп — в атаку пойдет вторая рота. Когда они достигнут фермы, тогда и вы вперед, — уточнил нашу боевую задачу комбат.

Минутная стрелка медленно подходила к своей отметке. Пара Ми-24, до сих пор кружившая где-то в стороне, как-то незаметно подобралась с севера от села и зависла неподалеку от нас на высоте ста метров; сгорбившись, нацелилась на село.