Честно говоря, я не позволил ему распоясаться по отношению к Джине. Он-то собирался представить ее чуть ли не вавилонской блудницей и, соответственно, думал буквально растоптать ее на суде. У меня на это не хватило духу. Что бы ни происходило между нами, Джина не заслуживала такого отношения. Так же, как и мой сын.

В борьбе за Пэта я признал себя побежденным, понимая, что для него так будет лучше. Я проявил благородство. А теперь чувствовал себя самым большим неудачником на свете.

У Бэтти имелись личные причины для фанатичной борьбы за права мужчин. В прошлом он был женат на иностранке. Результатами этого брака стали девочки-двойняшки и тяжелейший развод. Я знал, что он вообще не видится со своими детьми, но по какой-то необъяснимой причине вообразил себе, что в моем случае он сможет добиться всего.

— Это ведь правда, что моя жена не сможет этого сделать? Она не сможет просто так взять и увезти моего сына навсегда в другую страну? Так или нет?

— Возражает ли родитель-опекун против контакта?

— Послушайте, Найджел, говорите по-человечески!

Он вздохнул:

— Если этот переезд произойдет, будет ли ваша бывшая жена возражать против того, чтобы вы виделись с сыном?

— Но он же будет жить за Атлантическим океаном!

— Но ваша бывшая жена не собирается лишать вас права его видеть?

— Она лишает меня этого права, увозя его жить в другую страну.

— Понятно.

— Послушайте, а что можно предпринять? Каким образом мы можем ее остановить? Мне плевать на расходы и все равно, что вы будете делать или говорить. Я согласен на все.

— Не буду напоминать, что я вас еще тогда предупреждал. Но именно вы захотели следовать правилам честной игры.

— Послушайте, Найджел, ответьте мне на главный вопрос: может ли она вывезти моего сына из страны?

— Может ли? Нет. Без вашего согласия не может.

— Не может без моего согласия? Адвокат утвердительно кивнул.

— Если она вывезет вашего ребенка из страны без вашего согласия, то она поступит неправильно. — Он хищно улыбнулся. — На юридическом языке мы называем такой поступок похищением.

— Значит, ей необходимо мое согласие?

— Именно.

— Но это же прекрасная новость! Отлично, Найджел. А что она может сделать, если я не дам согласия?

— Ей придется обратиться в суд за официальным разрешением на вывоз ребенка с территории одной страны в другую на постоянное место жительства.

— Значит, не дав согласие, я еще не могу быть наверняка уверенным в том, что остановлю ее?

— Если вы решите не соглашаться на его выезд, а она захочет бороться за свое право, то окончательное решение примет суд. Все закончится этим. У вас будут сложности в том, чтобы видеться с сыном, если он уедет?

— Понимаете, это ведь Коннектикут. Мне будет сложно просто так заскочить повидать его в воскресенье.

— Конечно, сложно. Но ее адвокат наверняка будет говорить о том, что между Лондоном и Восточным побережьем летает множество дешевых рейсов, а у вас, насколько я помню, хороший стабильный доход. — Тут он заглянул в свои записи: — Продюсер на телевидении. Ну, конечно. Должно быть, интересная работа. Я видел что-нибудь из ваших постановок?

— Я начинал с шоу Марти Манна, а сейчас выпускаю «Фиш по пятницам».

— А, отличное шоу. — Он принялся вспоминать. — «Почему ирландские девушки занимаются сексом с закрытыми глазами?» И тут он покашливает, совсем как Вуди Аллен. У него так здорово это получается. «Потому что не хотят видеть, как мужчина получает удовольствие». Очень забавно.

Тут я вспомнил, что редактор шоу Барри Твист целую неделю пытался мне дозвониться и оставлял сообщения на автоответчике. Именно сейчас, когда на меня свалилось столько забот, на студии все заволновались по поводу Эймона. Впервые до меня дошел смысл высказывания Марти по поводу хранения всех яиц в одной корзине. Если Эймон провалится, то я провалюсь вместе с ним.

— Если переезд в Америку осуществится, ваша бывшая жена будет отказывать вам в общении с сыном в разумных пределах?

— Как это? — не понял я.

— Ну, вы сможете вообще когда-нибудь опять увидеть своего сына?

— Ну, она говорила, что я смогу приезжать и навещать его во время каникул. Или он сможет приезжать сюда. Но это ведь не то же самое, что жить в одном городе, правда? Мы будем жить порознь. — Я покачал головой. — Я чувствую, что он… как бы ускользает от меня, что ли.

— Это ощущение мне знакомо.

— Не знаю, как мы сможем объяснить ему все это. Я имею в виду переезд в Америку.

— Ну, семилетнему мальчику можно наплести что угодно. Вопрос — нужно ли вам это делать? Послушайте, мистер Сильвер, мы можем заставить ее обратиться в суд за официальным разрешением на вывоз сына. Можем попытаться убедить суд, что ребенок при этом подвергается некоему риску. Обращение в суд даст нам выигрыш во времени, хотя это будет и дорогое, и травмирующее предприятие. И я должен предупредить вас о том, что последствия могут быть непредсказуемыми.