В нескольких десятках метров вокруг глайдера, сохраняя заданную дистанцию, охранным кольцевой цепью двигалось два десятка стражей – здоровенные твари с дисковидными телами от семи до пятнадцати метров в диаметре, покрытые влажной морщинистой кожей, черной, как смерть. Размеренно топоча целым лесом колоннообразных ног-корневищ, каждая тварь несла на загривке по «Кукушке». Из ротовых отверстий стражей, находившихся где-то под туловищем, периодически выстреливали многометровые лентовидные щупальца ленточников – сожителей, симбионтов. Они размашистыми круговыми движениями просеивали окружающее пространство в поисках врагов и/ или пищи. По сути, для стражей это было одно и то же.

В богатых мирах глайдеры – расходная техника, но у «миротворцев» таких машин было всего несколько десятков и их старались беречь не меньше боевых роботов. Поэтому, несмотря на химические отпугиватели, непрерывно рассеивавшие специальное вещество, заставлявшее убираться местную живность подальше, охрана из стражей тоже лишней не была. Хотя стражам промыли их древесные мозги с помощью «рабов», и любую угрозу Дикого Леса, адресованную людям, они постараются нейтрализовать самостоятельно, от прорыва и нападения на сам глайдер абсолютной гарантии нет. Сканеры космопорта, расположенные всего в трех километрах, там, снаружи Дикого Леса, на древолапов не отреагируют, слишком низкая тепловая активность, а присутствие машин аккуратно прикрывали «Кукушки», постановщики помех. Конечно, охрана космопорта может заподозрить неладное, ведь просто так подавляющие поля в Лесу не возникают, да еще столь мощные по концентрации, но все, на что они сейчас могут осмелиться после потери «Гряды» – весьма болезненного пинка под зад, так это выслать разведку…

Не вышлют.

Техники, которой они готовы пожертвовать, у них маловато. А людьми рисковать они точно не станут. Будут ждать. Ждите, ждите, мягкотелые…

Боевых роботов еще не видно, они должны подойти перед началом атаки, и сейчас уже наверняка выдвигаются на места дислокации по плану предстоящей операции.

Повинуясь управляющему джойстику в руке одного из нейротехников, глайдер остановился и завис в воздухе над куполообразным вздутием почвы, достигавшем около трех метров в высоту. Именно этот холм и был целью «миротворцев». По сути, он являлся одним из многочисленных нервных узлов Хозяина – самой крупной твари Дикого Леса, уже десятилетия, а то и столетия мирно спавшей в земле. Собственно говоря, тела Хозяев и образовывали нижний ярус Леса, а стволы и листья тысячелистников, образующих Покрывало, являлись чем-то вроде их волосяного покрова, шкурой, личной защитой от окружающей среды. Так что остальная живность Двойного Донца обитала на спинах Хозяев, словно блохи в шерсти собаки.

Из брюха глайдера выдвинулся специальный бур, визгливо раскрутился до высоких оборотов и погрузил блестящее жало в верхушку холма. Брызнула черная жидкость. Достигнув отметки погружения в пятнадцать метров, бур остановился. По стальному каналу в нервный узел твари устремился поток из миллиардов нанитов – крошечных искусственных созданий размером в несколько молекул. Задача нанитов заключалась в том, чтобы построить новые нервные волокна внутри Хозяина из собственных наноскопических телец и в итоге создать нейропроцессор, который заменит твари дремлющий мозг, подчинит ее плоть желаниям человека.

Нейротехники в кабине глайдера бегло переглянулись, обменявшись парой коротких, ничего не значащих фраз, выражающих лишь удовлетворение от благополучно проделанной работы – без пыли, шума, и сбоев. За последние несколько часов им пришлось активизировать сотни таких нервных узлов, в плановой разметке этот был последним, теперь можно докладывать об окончании подготовительных работ на «Гряду» по защищенному от помех каналу, проложенному по Лесу с помощью датчиков лазерного наведения.

Чолан Дефа неподвижно сидел в кресле-тренажере на подземном этаже захваченной «Гряды», и отрешенно смотрел в стену перед собой. Смотрел и ничего не видел, ничего не замечал. Он должен был еще раз прогнать в виртуально смоделированной реальности свои действия в предстоящей операции, прочувствовать точку прыжка, но…

Он забыл.

То самое кресло, где сидела она. Он чувствовал еще не успевший рассеяться отпечаток ее ауры, оставшийся на упругом пластике сиденья…

Техники и программисты «миротворцев» восстановили оборудование подземного уровня, почти не пострадавшего при разрушении верхнего ангара, следующая операция, по захвату космопорта, готовилась прямо отсюда. Подгонялась военная и вспомогательная техника, подразделения штурмовиков, все, что «миротворцы» могли выставить на этом векторе атаки, стягивалось в единый узел, и сегодня ночью должно было пойти в дело.

Чолана Дефа не посвятили в детали, почему именно эту ночь «миротворцы» считали решающей. Но он чувствовал, что атака космопорта для них – невероятно важный шаг. Переломный момент в их маленькой и грязной захватнической войне.

Но сейчас Чолан Дефа об этом забыл.

Он перестал быть самим собой. Даже дышалось тяжело. Все внутри взбудоражено, состояние нереальное. Что с ним? Неужели он… влюбился? Какая чушь… любовь с первого взгляда? Разве это возможно? Сколько шуток на этот счет ходило в Академии среди сокурсников. Никто в это не верил – ни парни, ни девушки, настоящий наемник должен исповедовать махровый рационализм, именно такой подход ко всему вдалбливался в головы будущих профи наставниками ВАП. И небезуспешно. Все кадеты без исключения потешались над инопланетниками, среди которых это поветрие было широко распространено – «любовь с первого взгляда». Индивидуальный запах, облик тела, зашитый в подкорке, как оптимальный для продолжения рода, структура информационного метаболизма личности, определяющая – «подходит/не подходит» партнер, вот и вся «любовь». Сплошная физиология. Гормоны. Зов плоти.