— Никчемного? — Она резко села, обнажив перламутр своей груди. — Тео в прошлом году застраховал «Магический круг» на миллион долларов.

— А кто купил страховой полис, чтобы обеспечить его? Я купил. Кто устроил его в страховое агентство? Я устроил.

— Мистер Бог. — Черты ее лица были абсолютно правильными и неподвижными, словно маска. Они не исказились даже тогда, когда она произнесла: — Кто это там ходит в доме? Рози я отпустила домой после завтрака.

— Может, она вернулась.

— Не похоже на нее. По-моему, это мужские шаги.

— Ну, значит, это Тео пришел продать мне страховку «Магического круга» на этот год.

— Не смешно.

— А по-моему, очень смешно.

И в подтверждение своих слов он рассмеялся. Однако ему пришлось замолчать, так как из-за плексигласа вышел Эрл Хоффман. Солнце ярко освещало резкие черты его лица. Оранжевая пижама сползла на ботинки.

Мужчина вскочил со стула и замахал руками.

— Проваливай! Это частная собственность.

— Не могу, — рассудительно ответил Хоффман. — Мы получили сообщение, что здесь находится труп. Где он?

— Там, внизу, замурован в фундамент. Поищите. — Мужчина подмигнул женщине.

— В фундаменте? Мне сказали — в квартире. — Распухший рот Хоффмана механически открывался и закрывался, как у марионетки, словно это вещало само прошлое. — Вы перенесли его? Это противозаконно.

— Слушай, проваливай отсюда. — Мужчина повернулся к женщине, которая уже набросила на себя желтый махровый халат. — Позвони, пожалуйста, сама знаешь куда.

— Я как раз оттуда, — произнес Хоффман. — Женщина пусть остается на месте. Мне надо ее кое о чем спросить. Как вас зовут?

— Не твое дело, — ответила она.

— Нет, мое. — Хоффман выкинул вперед руку и чуть не потерял равновесие. — Я расследую убийство.

— Покажи свой значок.

Мужчина протянул руку, но не двинулся к Хоффману.

Все трое застыли. Женщина стояла на коленях с перепуганным видом, глядя на Хоффмана.

Он порылся в карманах, достал пятицентовик, в недоумении посмотрел на него и выкинул через парапет. Я расслышал слабый звон, когда он стукнулся о мостовую шестью этажами ниже.

— Наверное, оставил дома, — спокойно ответил Хоффман.

Женщина вся подобралась и кинулась в квартиру. Хоффман неуклюже, но быстро обхватил ее за талию. Она не стала сопротивляться, а, побледнев, замерла в его руках.

— Не так быстро, малышка. Мне надо задать тебе еще несколько вопросов. Ты, шлюха, спала с Делони?

— Почему ты позволяешь ему так разговаривать со мной? Скажи, чтобы он отпустил меня, — обратилась она к мужчине.

— Убери руки от моей жены, — не слишком уверенно произнес мужчина.

— Тогда скажи ей, чтобы она села и отвечала на мои вопросы.

— Сядь и отвечай, — попросил мужчина.

— Ты рехнулся? От него разит, как из бочки. Он же пьян в стельку.

— Знаю.

— Ну тогда сделай что-нибудь.

— Я и делаю. Прошу — не теряй чувства юмора.

Хоффман улыбнулся ему, показывая, что знает, каково быть жертвой несправедливой критики. Разбитый рот делал его улыбку нелепой, как на карикатуре. Женщина попыталась вырваться, но он только крепче прижал ее к себе.

— Похожа на мою дочку Элен. Ты знаешь мою дочку?

Женщина испуганно покачала головой. Волосы ее растрепались.

— Она говорит, что есть свидетели убийства. Ты была здесь, когда это произошло, малышка?

— Я даже не знаю, о чем вы говорите.

— Знаешь-знаешь. Люк Делони. Кто-то выстрелил ему прямо в глаз и попробовал выдать за самоубийство.

— Я помню Делони, — произнес мужчина. — Я встречал его пару раз у своего отца. Он умер перед войной.

— Перед войной?

— Именно так. Где же вы были эти двадцать лет, следователь?

Хоффман не знал, что ответить. Он растерянно смотрел на крыши города, словно попал сюда впервые.

— Отпусти меня, жирняга! — закричала женщина.

Наверное, ему показалось, что к нему обращаются из далекого прошлого.

— Ты должна хоть немножко уважать своего старика.

— Я бы покончила с собой, если бы ты был моим отцом.

— Ну, хватит трепаться. Я уже сыт по горло твоей болтовней. Понятно?

— Понятно. Ты просто сумасшедший и убери от меня свои грязные лапы.

Женщина вцепилась ногтями ему в лицо, оставив три яркие параллельные линии. Он ударил ее. И она сползла на гравий. Мужчина схватил полупустую бутылку и, подняв ее, начал приближаться к Хоффману.