— Не будем к этому возвращаться. Что вы можете предложить?

— Каждую ночь я подкапываю основание, на котором держится царская чета!

— Они на вершине могущества! Разве вы не знаете о существовании Храма миллионов лет?

— Ничто из того, что начал Рамзес, не завершено. А мы должны суметь воспользоваться малейшим проявлением слабости и устремиться в первую же брешь.

Спокойная уверенность мага произвела впечатление на Шенара. Если хетты приводили свой план в действие, они бы не упустили возможности ослабить Ка Рамзеса. А если Ка будет ослаблено изнутри, то царь, каким бы могучим он ни был, дрогнет под видимыми и невидимыми ударами.

— Продолжайте, Офир, я отплачу вам.

Сетау и Лотус решили основать новую лабораторию в Пер-Рамзесе. Амени, расположившийся в своем новом кабинете, работал день и ночь. Туйа улаживала тысячу и одну проблему, вскипавшую при дворе. Нефертари занималась религиозными и светскими делами. Красавица Исет и Неджем посвятили себя воспитанию маленького Ха. Меритамон расцветала подобно цветку. Роме бегал от кухонь к хранилищам, от хранилищ к столовой дворца. Серраманна постоянно совершенствовал систему безопасности… Жизнь в Пер-Рамзесе казалась гармоничной и мирной, но Рамзес с трудом переживал отсутствие Моиса.

Несмотря на их споры сила еврея была даром для создания царства. В этом городе, из которого он сбежал, Моис оставил часть своей души. Их последний разговор показывал, что его друг стал жертвой злокозненных влияний, запутавшись в сетях, которых он не осознавал.

Моиса околдовали.

Амени с папирусом в руках быстрым шагом шел к царю, который ходил взад-вперед по приемной зале.

— Только что прибыл Аша, он хочет тебя видеть.

— Пусть войдет.

В элегантном одеянии бледно-зеленого цвета с красной каймой как всегда по последней моде, молодой дипломат казался, однако, менее нарядным, чем обычно.

— Меня огорчило твое отсутствие на освящении Пер-Рамзеса.

— Меня представлял мой министр, Великий Царь.

— Где ты был, Аша?

— В Мемфисе. Я получил кое-какие сообщения.

— Шенар говорил мне о попытке вторжения хеттов в Центральную Сирию.

— Это не попытка вторжения, и не только в Центральную Сирию.

В голосе Аши больше не слышалось томности.

— Я думал, что мой возлюбленный брат слишком всерьез все воспринимает и преувеличивает.

— Лучше бы так оно и было. По полученным мною сведениям, я убедился, что хетты предприняли ряд действий против Ханаана и Сирии, особенно Сирии. Ливанские порты также, без сомнения, под угрозой.

— Были ли прямые нападения на наших воинов?

— Еще нет, но были захвачены поселки и деревни, считающиеся нейтральными. Пока речь идет лишь об административных мерах. На самом деле хетты контролируют наши области.

Рамзес склонился над картой Ближнего Востока, разложенной на низком столе.

— Хетты направляются с северо-востока в наступательный поход и идут прямо на Египет.

— Слишком поспешное заключение, Великий Царь.

— Если нет, то к чему это оскорбительное передвижение?

— Занять территорию, изолировать нас, запугать население, ослабить престиж Египта, ослабить наши войска… Есть множество причин.

— А ты как считаешь?

— Великий Царь, хетты готовятся к войне.

Красными чернилами Рамзес очертил на карте царство Анатолии.

— Этот народ любит лишь ярость, насилие и кровь. Если он не будет уничтожен, но поставит под угрозу всю цивилизацию.

— Дипломатия…

— Бесполезна!

— Твой отец вел переговоры…

— О зоне, граничащей с Кадешем, знаю! Но хетты не чтят ничего. Я требую ежедневного доклада об их действиях.

Аша поклонился. Перед ним был не рассуждающий друг, а отдающий приказы фараон.

— Ты знаешь, что Моиса обвиняют в преступлении и что он исчез?

— Моис? Это бессмысленно!

— Я думаю, что он стал жертвой заговора. Распространи сведения о нем и, если он в областях нашего влияния, Аша, найди его.

Нефертари играла на лютне в дворцовом саду. Справа от нее в колыбели спала дочь, чье лицо светилось здоровьем, слева маленький Ха сидел в позе писца и читал сказку о том, как маг своим мастерством победил демонов, перед ней Неспящий пытался вырыть куст тамариска, посаженный накануне Рамзесом. Куст был примят влажной землей, а пес вырыл такую яму и приложил столько усилий, что у царицы не хватило духу его прервать.

Вдруг он остановился и бросился к входу. Радостные прыжки и лай свидетельствовали о том, что пришел хозяин.

По его походке Нефертари поняла, что он очень опечален. Она встала и подошла к царю.

— Моис, он…

— Нет, я уверен, что он жив.

— Что-нибудь с твоей матерью?

— Туйа хорошо себя чувствует.

— Тогда в чем причина твоей печали?

— Египет, Нефертари. Мечта разбилась… Мечта о счастливой стране, процветающей в мире, наслаждающейся счастьем каждого дня.