Шрифт:
К ней подошла высокая, ширококостная женщина в сером платье и длинном белом переднике.
– Кого-нибудь ждете, мэм?
– Да. За какой стол можно сесть?
– Может быть, у окна?
– Да, спасибо.
Она села за столик, поглядела снизу вверх и улыбнулась:
– Кофе, пожалуйста. Не найдется ли у вас последних номеров местной газеты?
– Найдется, конечно. Я держу их для посетителей. Дать вам подшивку за неделю?
– Да, пожалуйста.
Хармони проследила за женщиной и облегченно вздохнула. Можно быть спокойной. Все принимают ее за леди, покупающую продукты для семьи. Она положила сверток и выглянула в окно. Тора поблизости не было. Официантка положила на стол пачку газет и поставила рядом чашечку кофе.
– Если мэм понадобится что-нибудь еще, позовите меня.
– Благодарю.
Пока остывал кофе, девушка принялась просматривать газеты. В сегодняшнем номере о «Банде бешеных малолеток» ничего, во вчерашнем тоже. Вдруг она оцепенела от изумления, прочитав в газете от третьего дня крупно набранный заголовок:
«БАНДА БЕШЕНЫХ МАЛОЛЕТОК» ВО ФЛЭГСТАФФЕ!
Не веря своим глазам, Хармони принялась медленно читать заметку, спотыкаясь о множество непонятных слов. Насколько ей удалось понять, «Банда бешеных малолеток» напала на группу пьяных ковбоев, которые возвращались на свое ранчо, расположенное к северу от Флэгстаффа. Только теперь она поняла, что такое Запад. Без зазрения совести люди сваливали на их шайку собственные грехи: безответственность, растраты, картежные проигрыши.
Продолжив чтение, она уяснила следующее: ковбои дружно клялись, что опознали «Бешеных малолеток» по росту и жестокости. В полиции их допросили, выяснили, сколько пропало денег и лошадей, и составили рапорт… Хармони Отложила газету. А вдруг Торнбулл прочитал ту заметку, поверил ей, бросился во Флэгстафф на поиски и рыщет по тамошним окрестностям, разыскивая их убежище? Ее мозг лихорадочно просчитывал варианты.
Флэгстафф… Где это? Она снова перечитала заметку и поняла, что это какой-то маленький городишко на севере Аризоны. Логично. После перестрелки в поезде банде пришлось бежать в более безлюдное место. Оставалось непонятным, зачем им понадобилось привлекать к себе внимание ограблением ковбоев, но она надеялась, что Торнбулл об этом не подумает.
Она тяжело вздохнула и откинулась на спинку кресла. К ней торопился Тор. Он хорошо выглядел. Пожалуй, даже чересчур хорошо. Красивый, золотоволосый, загорелый, мускулистый… У Хармони перехватило дыхание, щеки вспыхнули. Стоило Тору сесть рядом и прикоснуться к ее руке, и девушка забыла обо всем.
– Прости, я задержался. Торнбулл и его люди были здесь несколько дней назад и расспрашивали всех о «Банде бешеных малолеток». Шериф ничего не смог им сказать. И с тех пор их никто не видел.
Хармони сжала его руку.
– О'кей. Я догадываюсь, где они.
Она протянула ему газету. Тор прочел заголовок и в упор поглядел на девушку. Между его бровями пролегла морщина.
– Ты знаешь дорогу во Флэгстафф?
16
– Что это? – Тор оглянулся на задок «суррея», где красовался сверток.
– Подарки для девочек. Купила им по кульку леденцов.
– Им это понравится.
– У них не было детства. Пусть почувствуют себя маленькими. Хочется их немного побаловать.
– Хорошая мысль. Сразу им этого не съесть.
– Один кулек тебе.
Он поднял брови.
– Мне?
– А разве ты не член «Банды бешеных малолеток»?
– Верно. И какой же из них мой?
– Выбирай сам. Тут лимонные, мятные, грушевые и лакричные. – Она шагнула к нему. – Какой вкус тебе больше по нраву?
Он потрогал пальцем ее губы.
– Твой.
Хармони лизнула его палец и торжественно улыбнулась, увидев, что он поднес руку к губам и принялся сосать подушечку.
– Фу, Тор, как некрасиво…
– Да уж, на глазах у всех. Если бы мы оставались одни, был бы совсем другой разговор.
– О чем?
Тор хотел было ответить, но увидел, что на них засмотрелся какой-то ехавший мимо всадник. Он отвернулся от Хармони, сделал глубокий вдох и прикрыл веки.
– А себе ты купила леденцов?
Она удивленно покачала головой.
– Конечно, о себе, как всегда, в последнюю очередь. А разве у тебя было детство?
Хармони широко открыла глаза, а потом опустила ресницы.
– Сейчас это неважно. Мне уже двадцать шесть, и..
– А у тебя какие леденцы любимые?
– Тор, я же сказала, это больше не имеет значения.
– Ну скажи, какие?
Хармони отвела глаза:
– Я не знаю. Честное слово.
Он насупился:
– Как не знаешь?
– Ну, не успела узнать. Не так уж часто я их пробовала. Только по праздникам. Если бы мама… Не надо об этом.
Она отвернулась и шагнула к «суррею». Вновь вокруг ее талии обвились теплые, сильные руки и помогли сесть в экипаж. Когда Хармони заняла свое место Тор сказал: